Каталог курсовых, рефератов, научных работ! Ilya-ya.ru Лекции, рефераты, курсовые, научные работы!

Египет в ближневосточной политике США (1952-1981 гг.)

Египет в ближневосточной политике США (1952-1981 гг.)

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

ОДЕССКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. И.И. МЕЧНИКОВА

 

 

 

ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНЫХ НАУК

 

 

 

Кафедра международных отношений



 

 

 

 

 

 

ЕГИПЕТ В БЛИЖНЕВОСТОЧНОЙ ПОЛИТИКЕ США (1952-1981 ГГ.)

 

Курсовая работа

 

 

 

 

 

        

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Одеса - 2004

 

 

 

Содержание:

 

 

Введение………………………………………………………………………..3

Раздел 1.Формирование египетского направления в

ближневосточной политике США (1952-1955)……………………………7


Раздел 2.Роль советского фактора в американо-египетских

 отношениях (1956-1970 гг)…………………………………………………….


Раздел 3.Эволюция американо-египетских отношений в период президентства А. Садата (1971-1981)…………………………………………


Заключение........


Список использованных источников…………………………………………………



 


Введение

Данная курсовая работа посвящена изучению египетского фактора в Ближневосточной политике США в 1952-1981 гг.

         Актуальность темы заключается в том, что в украинской научной литературе и международной публицистике содержится несколько публикаций на эту тему, в основном принадлежащих представителям одесской школы международников. Автор считает целесообразным рассмотреть некоторые аспекты американо-египетских отношений в указанный период с учетом геополитических изменений, которые произошли в мире за последние 15 лет.

         Политика США в отношении Египта в 1950-70–е годы оказывала глубокое воздействие на ближневосточную политику в целом. Стратегические цели США в отношении Египта на протяжении рассматриваемого периода были неизменными: воспрепятствовать углублению египетской антимонархической революции 1952 г., подчинить Египет своему политическому и экономическому влиянию, сохранить и укрепить в этой стране американские позиции, превратить ее в союзника США, изолировать от Советского Союза. Арабо-израильская война 1967 г., изменила стратегию США не только в регионе, но и по отношению к Египту.

         Соединенные Штаты Америки активно использовали начавшуюся внутри- и внешнеполитическую переориентацию, начавшуюся после смерти президента Египта Г. А. Насера в 1970 году для закрепления отхода АРЕ от социалистической ориентации и для реставрации там капитализма. США своей политикой добились изоляции Египта от других арабских государств, укрепление американских позиций, привели Египет на путь сепаратных сделок с Израилем, односторонних уступок Телль-Авиву в ущерб Египта и всех арабов. Закономерным итогом капитулянского курса египетского руководства стало подписание кэмп-дэвидских соглашений и сепаратного «мирного договора» с Израилем.

         В этой связи предметом исследования данной работы являются международные отношения на Ближнем Востоке. Под объектом понимается египетское направление в ближневосточной политике США.

         Цель курсовой работы - рассмотреть механизм формирования политики США по отношению Египта с учетом интересов США и СССР в Ближневосточном регионе.

         При этом решались следующие задачи:

                   1.Рассмотреть проблему формирования египетского направления и места Египта в ближневосточной политике США.

                   2.Определить уровень советско-американского противостояния в регионе и его влияния не американо-египетские отношения.

                  3.Раскрыть причины изменения внешней политики Египта и показать его составляющие в постнасеровский период.

         Источниковая база в данном исследовании представлена документами и материалами- договорами, соглашениями и протокольными записями переговоров, опубликованными, в основном, в специализированных журналах и средствах массовой информации а также мемуарами глав государств.

         Историография по изучению поставленной проблемы представлена трудами советского периода, российскими, отечественными и зарубежными ученными, политологами и дипломатами.

         В монографии В.И. Нагайчука исследуется политика США в отношении Египта в 1952-1967гг.,т. е. период важный в плане эволюции ближневосточной тактики США, когда она приобрела ярко выраженный неоколониалистский характер и в ней наметились и утвердились новые направления, получившие развитие в 70-е годы. В работе предпринимается попытка проследить эволюцию тактической линии США в отношении Египта и выявить основные факторы, определившие ее. При этом особое внимание уделяется рассмотрению сотрудничества между Египтом и Советским Союзом, которое оказало существенное воздействие на политику США в отношении этой арабской страны. Достаточно систематизировано проанализированы основные направления политической, торгово-экономической и идеологической экспансии США в арабских странах в 1945-1960гг., относятся монография О.Э. Тугановой, вышедшая в 1960г., и коллективный труд ученых Института востоковедения АН СССР « Политика США на Арабском Востоке» (М., 1961), в одном из разделов которого обстоятельно исследуется американская политика в отношении Египта.

         В 60—70-е годы советская историография ближневосточ­ной политики США пополнилась новыми исследованиями. В числе работ, имеющих непосредственное отношение к те­ме данной монографии, можно назвать в первую очередь ис­следования И. П. Беляева, А. К. Кислова, Л. И. Медведко, А., Е.М. Примакова и О. Э. Тугановой, в кото­рых наряду с анализом неоколониалистской стратегии и политики США на Ближнем Востоке в 50—70-е годы рас­сматриваются конкретные аспекты политики Вашингтона в отношении Египта[1]. Особо необходимо отметить моногра­фию академика Е. М. Примакова «Анатомия ближневосточ­ного конфликта», в которой важное место отводится анали­зу основных этапов политики США в отношении Египта в указанное время. Ценный фактический материал со­держится в ряде документально-публицистических работ И. П. Беляева, Т. Колесниченко, Е. М. Примакова и П. Е. Демченко, в которых вскрывается подоплека «шести­дневной войны» 1967 г., разоблачается истинная роль Со­единенных Штатов в организации и подготовке. В работах В. А. Кременюка и Е. М. Примакова анализируется военно-политическая и ди­пломатическая деятельность США на Ближнем Востоке в периоды кризисов[2].

Хронологические рамки работы охватывают период с 1952 г., с до 1981- гибели А. Садата.

         Структура работы состоит из «введения», трех разделов и «заключения». В первом разделе было показано формирование египетского направления в ближневосточной политике США. Во втором разделе было В третьем разделе было показана эволюция американо-египетских отношений в период президенства А. Садата(1971-1981).





















Раздел 1.

Формирование египетского направления в ближневосточной политике США (1952-1955).

В ночь с 22 на 23 июля 1952 года части египетской армии высту­пили против режима короля Фарука и захватили власть в стране. Восстание было поднято тайной организацией «Свободные офицеры». Номинально лидером египетской революции 1952 года был гене­рал Мухаммед Нагиб, однако подлинным ее руководителем стал полковник Гамаль Абдель Насер, который в апреле 1954 года занимал должность премьер-министра, а несколько месяцев спустя сместил Нагиба и занял пост президента новой республики.

  Патриотическому режиму, созданному «Свободными офицерами» в результате июльских событий 1952 года, досталось тяжелое наследие. Дореволюционный Египет хотя и считался формально независимым го­сударством, но входил в сферу влияния английского империализма. В результате многолетнего господства колонизаторов и местных ре­акционных классов Египет представлял собой крайне отсталую страну с примитивным сельским хозяйством и неразвитой промышленностью, страну нищенского уровня жизни подавляющего большинства населения и резких социальных контрастов.

   Еще до начала революции подполковник Насер отдавал себе отчет в том, что выступить против бри­танского владычества без сильной поддержки — значит обречь себя на неми­нуемую гибель и политическую, и даже физическую. Поэтому вполне логичным было его негласное обращение к американцам незадолго до переворота 23 июля 1952 года с просьбой о поддержке возглавляемой им организации «Свободные офицеры», когда та возьмет власть в Египте. Посол США в Каире Джефферсон Кэффери ходатайствовал о помощи Насеру перед Вашингтоном. Ну а за реализацию задачи взялось ЦРУ. Для США это был шанс укрепить свое влияние на Ближнем Востоке, т. к. еще после второй мировой войны этот регион занял одно из ключевых мест в глобальной стратегии США. В ап­реле 1946 г. тогдашний президент США Г. Трумэн назвал его регионом, имеющим «важное экономическое и стратегическое значение». В 1951 г. генерал Д. Эйзенхауэр в сво­ем выступлении перед сенатом США заявил, что «нет в мире стратегически более важного района, чем Ближний Восток». Вашингтон всегда придавал особое значение тому обстоя­тельству, что Ближний Восток находится в непосредствен­ной близости от южных границ Советского Союза и восточ­ноевропейских социалистических государств. Оценивая стратегическую важность Ближнего Востока, американские, геополитики неизменно учитывали также фактор ближневосточной нефти, значение которого для Со­единенных Штатов в послевоенный период непрерывно воз­растало. В 1949 г. запасы нефти на Ближнем и Среднем Востоке составляли 41 % всех разведанных нефтересурсов капиталистического мира. Особое место в стратегических планах США (включая экономическую экспансию) на Ближнем Востоке в после­военный период отводилось Египту как самой большой по численности населения и наиболее развитой в промышлен­ном отношении стране арабского мира, занимающей к тому же исключительно важное стратегическое положение на стыке Арабского Востока и Африки. Президент США Д. Эйзенхауэр особо отметил «центральное место» Египта в международной политике на Ближнем Востоке, назвав проходящий по его территории Суэц­кий канал «жизненно важным путем Западной Европы на Восток». И если пентагоновских генералов Египет привле­кал своим выгодным стратегическим положением, то аме­риканские монополии он манил к себе богатыми природны­ми ресурсами, емким рынком сбыта, обилием дешевой ра­бочей силы.

Место и роль Египта в ближневосточной политике США в значительной степени определялись также тем, что в послевоенный период эта страна превратилась в один из главных очагов антиимпериалистического движения на Ближнем Востоке, и Соединенные Штаты прилагали все усилия к тому, чтобы потушить этот очаг. Поэтому «блоко­вая» политика США, направленная на создание в ближне­восточном регионе проимпериалистических военно-полити­ческих группировок и имевшая ярко выраженную антисо­ветскую направленность, неизменно строилась вокруг Египта. По оценке многих западных авторов, внешнеполитиче­ское руководство США довольно благожелательно отнес­лось к июльскому перевороту 1952 г. и склонно было счи­тать, что в лице нового режима оно приобрело надежного союзника. Оптимизм официального Вашингтона в отношении своих перспектив в Египте еще более усилился после того, как генерал М. Нагиб был объявлен верховным глав­нокомандующим египетской армии и вождем революции, а премьер-министром Египта был назначен А. Махир. Оба они были известны своими антианглийскими и проамери­канскими настроениями. Не случайно выступая на пресс-конференции 4 сентября 1952 г., государственный секретарь США Д. Ачесон заявил, что американо-египетские отноше­ния «вступают в новую эру», поскольку «связи между Егип­том и США становятся более дружественными и прочны­ми»[3].

Позиция, занятая М. Нагибом в вопросах внешней по­литики, внушала Вашингтону определенные надежды на то, что новое египетское руководство будет способствовать вовлечению Египта в прозападные военные группировки, усилению политического влияния и экономических позиций США в этой стране. В первые же месяцы после прихода к власти генерал Нагиб предпринял ряд шагов, которые были расценены как проамериканские. В интервью иностранным корреспондентам в августе 1952 г. он заявил, что Египет придает большое значение организации военного пакта в районе Ближнего Востока и намерен обратиться за воен­ной помощью к США. Несколько позже египетское прави­тельство действительно запросило у США военную помощь и приняло решение об увеличении египетской военной мис­сии в США. 19 сентября 1952 г. генерал Нагиб принял участие в торжественной церемонии по случаю открытия аме­риканского информационного центра в Александрии и вы­ступил там с хвалебными словами в адрес американской политики в отношении Египта[4].

Всё это было одобрительно воспринято в Вашингтоне. «Политические цели и практические шаги нового египет­ского режима таковы, что они заслуживают нашего полно­го одобрения. Мы считаем, что этот режим заслуживает поддержки западных держав»,— такова была официальная оценка политики египетского правительства госдепартамен­том США. Также весьма благосклонно правящие круги США отнеслись к первому наиболее важному и прогрессивному мероприятию революционной власти- аграрной реформе. Закон был принят 9 сентября 1952 года. Он учитывал максимум частного землевладения в 200 федданов (84 гектара) излишки подлежали реквизиции за выкуп и продаже среди малоземельных крестьян. Подрыв политических и экономических мощи феодалов и сторонников монархии отвечал интересам США, поскольку эта категория населения была социальной опорой Англии. В Вашингтоне рассчитывали, что реформа позволит египетскому правительству укрепить свое положение и более свободно осуществить проамериканский внешнеполитический курс         .

  30 июля 1952 года был принят закон об акционерных пошлинах, согласно которому иностранцам разрешалось владеть 51 % их капитала вместо 49%. Затем в апреле 1953 и сентябре 1954 гг. египетское правительство предприняло еще более льготные условия для вложения иностранного капитала в различные отрасли экономики Египта. Эти шаги успешно поддерживались правящими кругами США. Хотя создание благоприятного инвестиционного «климата» тем не менее не вызвало ожидаемого притока иностранного капитала (из-за нестабильности внутреннего положения в Египте). За 5 лет С 1952 по 1956гг. американские частные инвестиции в Египте увеличились с 46 млд. До 72 млд. долларов[5].

  С приходом к власти в начале 1953 г. республиканской администрации Д. Эйзенхауэра политика США в отношении Египта заметно активизировалась. Эйзенхауэр придавал большое значение укреплению позиций США в Египте. При этом преследовались конкретные цели: обеспечить эволюцию египетского руководства в желательном для Вашингтона направлении, выработать тактику « нейтрализации» Г.А. Насера на случай возникновения конфликтной ситуации.

  В период своеобразного «двоевластия» в Египте в 1952-1954 гг ( когда власть делили между собой М Нагиб и Г.А, Насер) контакты между Вашингтоном и Каиром по свидетельству М. Коулленда, осуществлялись по двум каналам: официальному- с М. Нагибом через американского посла в Египте ДЖ. Кэффери, и неофициальному- с Г.А. Насером через сотрудника посольства США в Каире У. Лэйкленда. Однако все наиболее важные вопросы двусторонних отношений решались по неофициальному каналу, т.е. с Г.А. Насером[6].

  В мае 1953 г. Каир посетил госсекретарь США Дж. Ф. Далесс, который совершал поездку по странам Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии. Визиту Дж. Ф. Далесса предшествовала «зондирующая» поездка в Каир некого С. Мида, пользовавшегося репутацией одного из ведущих в военной разведке США «специалистов» по осуществлению подрывных акций в афро-азиатских странах. В мае 1953 г. столицу Египта посетил специальный посланник Д. Эйзенхауэра по экономическим вопросам Кельбертон, а в июле переговоры с М. Нагибом вел другой специальный посланник президента – Э. Джонсон[7].

  Интенсивные политические и экономические контакты между Вашингтоном и Каиром сопровождались активным идеологическим проникновением США в Египет. В этот период американские специалисты оказывали консультативную «помощь» египетскому Министерству национальой ориентации и органам массовой информации в вопросах организации и техники пропаганды. В 1953-1954 гг. эксперты из США принимали участие в подготовке и проведении опросов общественного мнения в Египте. Между тем резидент ЦРУ, по свидетельству того же М. Коулиэнда, осуществил собственные « опросы общественного мнения»: с помощью широкой сети осведомителей он собирал свединия о взглядах и настроениях местного населения. Цель таких исследований определить степень восприимчивости египтян к советскому коммунизму.

  Приведенные факты дают наглядное представление о настойчивом стремлении Вашингтона как можно прочнее привязать к себе Египет. В столице рассчитывали, что приобретя в лице Г.А. Насера союзника США будут иметь у власти в ключевой арабской стране такого лидера, который будет достаточно сильным, чтобы принимать непопулярные решения – такие, например, как заключение мира с Израилем.

  Следует однако отметить, что уже в этот период некоторые взгляды и настроения Г.А. Насера и его ближайшего окружения, выражавшиеся в стремлении проводить независимый внешнеполитический курс, наметившиеся антиимпериалистические тенденции и нежелание «культивировать» в Египте демократию западного типа вызывали беспокойство со стороны Вашингтона.

  После июньской революции 1952 г. определяющим фактором Американской политики в отношении Египта продолжало оставатся стремление правящих кругов США сколотить на Ближнем Востоке военный блок с обязательным вовлечением в него арабских стран.

  Американская дипломатия не прекращала попыток возродить в той или иной форме идею «средневосточного командования» с участием египтян. В Вашингтоне тесно увязывали эту идею с урегу­лированием англо-египетского конфликта по вопросу о вы­воде английских войск из Египта . K уже отмечалось, египетские руководители во главе Г.А. Насером видели свою первоочередную задачу в лик­видации британского господства в стране. Вопрос о полной и безусловной эвакуации английских войск стал стержнем всей политики нового режима. Правительство Великобри­тании, однако, упорствовало в своем стремлении сохранить военное присутствие в Египте, но при этом не могло обой­тись без американской поддержки. Соединенные Штаты, однако, были склонны поддержи­вать своего союзника лишь до известных пределов, т. е. их позиции была присуща двойственность, с одной стороны США были солидарны с Англией, в стремлении удержать позиции Запада в этой стране перед лицом мощного антибританского движения египетского народа, принимавшего форму партизанской борьбы в зоне Суэцкого канала. С другой стороны Вашингтон был не прочь пожертвовать интересами Англии в Египте и ценой вывода оттуда английских войск установить совместный , англо-американский контроль над Суэцким каналом и базами в его зоне., чтобы тем самым создать благоприятную атмосферу для широкого сотрудничества Египта с Западом.

В этот период под прикрытием рассуждений о «безопасности» США и «международной обороне» американцы усиленно проталкивали идею об «интернационализации» Суэцкого канала.. В своих мемуарах Д. Эйзенхауэр, излагая моти­вы участия США в урегулировании англо-египетского конфликта, подчеркивал: «В силу зависимости Европы от Суэцкого канала в Египте были поставлены на карту инте­ресы всего свободного мира (т. е. капиталистического За­пада. ), и поэтому было важно, чтобы разгоревшая­ся ссора (между Египтом и Англией.) была улаже­на быстро и полюбовно»[8].

  В начале марта 1953 г. в Вашингтоне состоялось сове­щание между Д. Эйзенхауэром, Дж. Даллесом и министром иностранных дел Англии А. Иденом. Последний представил на рассмотрение американской стороны разработанный в Лондоне «план урегулирования вопроса о суэцкой базе». План предусматривал: а) «материально-техническое обслу­живание базы англичанами в мирное время и ее немедлен­ную реактивацию в случае военных действий; б) организа­цию в Египте системы ПВО; в) поэтапный вывод англий­ских войск с египетской территории; г) вступление Египта в «ближневосточную оборонительную организацию» (МЕДО); д) оказание Египту военной и экономической по­мощи. Д. Эйзенхауэр и Дж. Даллес одобрили этот план и обещали англичанам всяческую поддержку на перегово­рах с египтянами. На совещании в Вашингтоне были окончательно согла­сованы детали организации МЕДО, хотя его участникам было хорошо известно, что египетское руководство отрица­тельно относится к идее вступления в блок.

В марте 1953 г. США и Англия обратились к Египту с совместными предложениями по вопросу о выводе англий­ских войск из Египта. Суть этих предложений сводилась к основным положениям плана, согласованного в Вашингто­не. В качестве обязательного условия эвакуации британских войск выдвигалось требование участия Египта в оборони­тельном пакте[9]. Реакция египетского правительства на эти предложения была отрицательной.

В конце апреля 1953 г. в Каире начались англо-египет­ские переговоры, за развитием которых внимательно наблю­дали в Вашингтоне. Переговоры, однако, очень быстро зашли в тупик из-за обструкционистской позиции Англии.

В мае 1953 г. в Каир прибыл Дж. Даллес. Это был пер­вый в истории визит государственного секретаря США в Египет, где он имел встречи с М. Нагибом и Г.А. Насером. Среди главных задач, которые государствен­ный секретарь США пытался решить во время своей по­ездки в Египет и другие ближневосточные страны, первое место отводилось созданию военного блока в этом регио­не с обязательным участием в нем Египта, однако Г.А. Насер отверг идею, предложенную Дж. Даллесом. Насер выразил также сомнение в необходи­мости обороны Ближнего Востока от Советского Союза, в чем пытался убедить его Дж. Даллес."

Не увенчалась успехом также попытка государственного секретаря США навязать египетскому руководству согла­шение с Англией по вопросу о суэцкой базе в рамках коллективной оборонительной системы для Ближнего Востока. Как сообщала в то время египетская пресса, Дж. Даллес привез в Каир конкретный план, который предусматривал переход Суэцкого канала под «совместный англо-американ­ский контроль», создание с этой целью специального англо­американского совета, привлечение на работу в зоне канала американских специалистов. Дж. Даллес фактически игно­рировал основное требование Египта о безоговорочной эвакуации английских войск, предложив их поэтапный вы­вод, Предложения Дж. Даллеса были отклонены еги­петским правительством .

По возвращении из своего ближневосточного турне Дж. Даллес представил отчет, в котором содержались не­утешительные для США выводы. Государственный секре­тарь был вынужден признать, что арабские народы «боль­ше опасаются сионизма, чем коммунизма», поскольку они считают, что «Соединенные Штаты будут поддерживать агрессивную экспансию нового государства Израиль». Дж. Даллес рекомендовал правительству США проводить «беспристрастную политику в отношении арабов и изра­ильтян.

В конце 1953 — начале 1954 г. внутри египетского руко­водства резко обострились разногласия между двумя основ­ными группировками. Буржуазно-либеральная группа во главе с М. Нагибом считала революцию завершенной и вы­ступала за восстановление в стране парламентарной «демо­кратии», что на деле означало бы возвращение к власти буржуазно-помещичьих партий, которые уже давно доказа­ли свою неспособность разрешить важнейшие националь­ные проблемы. Радикальное крыло египетского руковод­ства во главе с Г. А. Насером выступало за расширение революционных реформ, углубление социально-экономиче­ских преобразований.

Политический кризис достиг наибольшей остроты в на­чале 1954 г., когда стало очевидно, что политика, проводи­мая группировкой М. Нагиба, является помехой на пути дальнейшего упрочения независимости страны. В результа­те острой политической борьбы в конце марта 1954 г. пре­мьер-министром Египта и председателем Совета революционного командования был избран его фактический глава Г.А. Насер. Однако борьба за власть в Египте продолжалась до конца 1954 г. и завершилась разгромом реакционно-клерикальной организации «Ассоциация братьев-мусульман» и смещением М. Нагиба с поста президента республики. В ноябре этого года вся политическая и госу­дарственная власть окончательно перешла в руки Г. А. На­сера.

Серьезные изменения в составе египетского руководства вынудили Вашингтон и Лондон внести определенные кор­рективы в свою позицию на переговорах с Египтом и пойти на известные уступки. К тому же борьба египетских пар­тизан в зоне Суэцкого канала против британских оккупа­ционных войск все больше убеждала правящие круги Ве­ликобритании в нецелесообразности сохранения английских баз в Египте.

Правительство Г. А. Насера, со своей стороны, было крайне заинтересовано в скорейшем решении вопроса об эвакуации английских войск и поэтому выразило готов­ность принять некоторые условия, предложенные США и Англией. В результате 19 октября 1954 г. было подписано англо-египетское соглашение, предусматривавшее эвакуа­цию английских войск из зоны Суэцкого канала по этапам в течение 20 месяцев со дня его подписания. Египетское правительство было вынуждено согласиться на включение в соглашение пункта о возможности реактивации базы в случае нападения «иностранной державы» на одну из араб­ских стран, подписавших в 1950 г. Пакт коллективной без­опасности, или Турцию. Кроме того, документ предусматривал пребывание в зоне Суэцкого канала английских «тех­нических специалистов». Срок его действия составлял 7 лет50. 13 июня 1956 г. последний британский солдат по­кинул страну. Так был положен конец 74-летнему периоду британской оккупации Египта.

  Это был первый крупный внешне­политический успех правительства Г. А. Насера, важный этап в борьбе за окончательное осво­бождение от британского господства и становление незави­симой внешней политики Египта. Как отмечает советский арабист А. М. Голдобин, это согла­шение в значительной степени подготовило почву для на­ционализации египетским правительством Суэцкого кана­ла в 1956 г. Такой шаг стал возможным лишь после эвакуации британских войск.

В то же время осенью 1954 г. западная дипломатия рас­сматривала соглашение между Англией и Египтом как пер­вый шаг для окончательного перехода египетского режима на позиции союзника западных держав. В Вашингтоне и Лондоне были склонны расценивать согласие Египта на компромиссные условия договора с Англией как готовность присоединиться к планировавшемуся тогда «оборонительно­му союзу» стран «северного яруса».

Стремясь закрепить свое «сотрудничество» с египетским режимом, Вашингтон пытался максимально использовать рычаги экономической «помощи». При этом правящие круги США рассчитывали воспользоваться экономическими труд­ностями, с которыми столкнулось египетское руководство в первые годы после революции, острой потребностью Египта в иностранных займах и кредитах.

Осенью 1953 г. США заключили с Египтом три соглаше­ния об «экономическом сотрудничестве» сроком до 1960 г. В феврале 1954 г. было подписано новое соглашение, в со­ответствии с которым США взяли па себя «твердые обяза­тельства» оказать Египту помощь в сооружении ряда про­мышленных и сельскохозяйственных объектов. Следует от­метить, что такие «обязательства» были вынужденным шагом, поскольку незадолго до этого Советский Союз вы­разил готовность оказать Египту необходимую помощь. 2 июня 1954 г. было объявлено о решении египетского пра­вительства продлить еще на два года соглашение с США о предоставлении Египту «технической помощи» в соответ­ствии с «4-м пунктом» программы Трумэна.

 6 ноября 1954 г., т. е. вскоре после заключения соглаше­ния между Англией и Египтом об эвакуации английских войск, было подписано американо-египетское соглашение, в соответствии с которым США предоставили Египту 40 млн. долл. для экономического развития. Одновременно нача­лись переговоры по вопросу оказания Египту военной «по­мощи» в размере 20 млн. долл.58. В этот период Соединенные Штаты оказывали Египту незначительную «техническую помощь», в частности в раз­витии сельского хозяйства, инфраструктуры, изыскании по­лезных ископаемых. В первой половине 1955 г. американ­ские технические эксперты оказывали содействие египет­ским специалистам в изучении промышленного потенциала Египта 59. Однако экономическая «помощь» США Египту имела преиму­щественно рекламно-пропагандистский характер, предостав­лялась под флагом «содействия развитию Египта» и в принципе не отличалась от обычных коммерческих операций. К тому же значительная часть этих сумм расходовалась на содержание чрезмерно раздутого штата американских мис­сий, комиссий, специальных групп «советников», «экспер­тов» и «специалистов»[10]. Американская «помощь» Египту не могла оказать сколько-нибудь существенного влияния на его экономическое раз­витие.

Объективно оценивая американскую «помощь» Египту, необходимо учесть одно немаловажное обстоятельство. В первой половине 50-х годов США широко практиковали продажу на мировом рынке крупных партий хлопка по дем­пинговым ценам, что наносило удар прежде всего по инте­ресам Египта, для которого экспорт хлопка и уровень цен на него всегда имели жизненно важное значение. В резуль­тате таких операций, проведенных Соединенными Штатами и другими западными державами, в 1952—1955 гг. Египту был нанесен экономический ущерб, превысивший 250 млн. долл., что намного превосходило объем американской «по­мощи»[11].

 Усиливая экономическую экспансию в Египте, Соединен­ные Штаты в то же время не оставляли попыток вовлечь его в орбиту своей империалистической политики. Как-уже отмечалось, с 1953 г., т. е. после поездки Дж. Даллеса на Ближний Восток, Вашингтон и Лондон вынашивали планы создания военного блока стран «северного яруса» с после­дующим подключением к нему арабских стран. При этом западная пропаганда пыталась убедить мировое общест­венное мнение, что инициатива его организации исходит от самих стран Ближнего и Среднего Востока, которые якобы обеспокоены угрозой своей безопасности со стороны Совет­ского Союза и поэтому решили заключить между собой военный союз и обратиться за помощью и поддержкой к за­падным державам.

Прологом к созданию блока явился турецко-пакистан­ский договор «о дружбе и сотрудничестве в целях безопас­ности» от 2 апреля- 1954 г., заключенный при активном содействии американской дипломатии. Этот договор был подкреплен соглашением о «взаимном обеспечении безопас­ности» между США и Пакистаном от 19 мая 1954 г. К концу 1954 г. американская и английская дипломатия резко активизировали свои усилия, направленные на быст­рейшее создание на Ближнем Востоке замкнутой военной группировки, которая служила бы связующим звеном меж­ду НАТО и СЕАТО. В результате 24 февраля 1955 г. в Баг­даде был подписан договор «о взаимном сотрудничестве и обороне» между Ираком и Турцией, образовавший основу Багдадского пакта (впоследствии — СЕНТО) . В апреле 1955 г. к пакту присоединилась Англия, в сентябре — Па­кистан и в ноябре — Иран. В конце ноября 1955 г. в Баг­даде состоялась учредительная сессия Багдадского пакта. Новая организация была официально названа «региональ­ным оборонительным союзом», но в действительности явля­лась агрессивным военным блоком, направленным против национальных интересов стран Ближнего и Среднего Восто­ка, против Советского Союза и других социалистических стран.

Главным организатором и вдохновителем этого блока были Соединенные Штаты, хотя они и предпочитали дейст­вовать за спиной Англии. США не только официально санк­ционировали создание Багдадского пакта, но и активно со­действовали его формированию. Об этом недвусмысленно пишет в своих мемуарах Д. Эйзенхауэр. Однако США воздержались от официального вступления в блок, хотя с самого начала фактически были его участником и той си­лой, которая поддерживала и направляла его политику.

В ноябре 1954 г. в Каире побывали представители Пен­тагона — полковники А. Герхардт и У. Ивлэнд, совершав­шие поездку по Ближнему Востоку с целью вовлечения как можно большего числа арабских стран в готовившийся во­енный блок. Во время встречи с Г. А. Насером американ­ские визитеры пытались убедить его в «необходимости» со­здания «региональной оборонительной организации» с учас­тием Египта и других арабских стран, которая была бы направлена против Советского Союза. Американцы дали понять египетским руководителям, что в ответ на вступле­ние Египта в такую организацию США готовы оказать ему необходимую военную помощь.

Г. А. Насер, однако, довольно решительно отверг пред­ложение американцев, указав на то, что у арабских народов есть только два реальных врага на Ближнем Востоке — Англия и Израиль и что «глупо пытаться вызвать у них страх перед советским вторжением»[12]..

Египет резко выступил против Багдадского пакта и направлял все свое влияние в арабском мире против этого блока. В январе 1956 г. президент Г.А. Насер заявил, что «арабы не желают иметь ничего общего с большой тюрьмой, создаваемой империалистами в соответствии с их целями»[13].

Стремление Египта к проведению независимого внешне­политического курса и объединению арабских стран на ан­тиимпериалистической основе наталкивалось на ожесточен­ное противодействие империалистических держав. К середи­не 1955 г. на Западе была развернута яростная антиегипетская кампания. Красноречивым свидетельством усиления враждебности западных держав к Египту стала агрессивная акция Израи­ля, совершенная против него 28 февраля 1955 г., т. е. через несколько дней после образования Багдадского пакта. Из­раильские войска под предлогом «борьбы с террористами» совершили налет на Газу — палестинскую территорию, на­ходившуюся под контролем Египта, В результате этого рейда было убито 38 египетских военнослужащих и мир­ных жителей, 31 человек был ранен. Это была по существу первая вооруженная провокация Израиля против Египта со времени окончания арабо-израильской войны 1948—1949 гг. В течение апреля-сентября 1955 г. вооруженные нападения израильских войск на египетскую границу в районе Газы следовали одно за другим. То, что такие акции имели место именно в этот период, не было простым совпадением. В Тель-Авиве, как и в столицах западных держав, испытывали растущую тревогу в связи с укреплением позиций антиимпериалистического режима в Египте. Поэтому израильская "демонстрация силы" была нацелена против крепнувшей тенденции к арабскому единству вокруг Египта.

 В этих условиях западные державы все больше рассчитывали на Израиль как плацдарм империалистического влияния на Ближнем Востоке, как орудие военно-политического давления на Египет. Соединенные Штаты финансировали Израиль, вооружали и оснащали его армию современной военной техникой, оказывали ему поддержку на международной арене. Тем самым они поощряли экспансионистские устремления правящих кругов Израиля в отношении соседних арабских государств.

Выводы.

Таким образом, в рассматриваемый период администрация США делала ставку на то, чтобы наладить тесное "сотрудничество" с новым египетским режимом. Такое "сотрудничество" означало бы установление американского контроля над внутренней и внешней политикой Египта и вовлечение страны в агрессивные блоки. В этот период в политике США в отношении Египта преобладали "позитивные" методы, такие как предоставление кредитов и займов, посредничество США в англо-египетском конфликте по вопросу об эвакуации английских войск из зоны Суэцкого канала.

 Однако "заигрывание" Вашингтона с Каиром продолжалось недолго. Экспансионистские устремления правящих кругов США все больше вступали в противоречие с национальными интересами Египта. Конфронтация западных держав и Египта в вопросе создания Багдадского пакта и израильское нападение на Газу стали определенной вехой в развитии американо-египетских отношений. Нельзя не согласиться с точкой зрения академика Е. М. Примакова, который считает, что именно с этого рубежа наметился поворот в политике США в отношении Египта. Соединенные Штаты начали более активно и целенаправленно использовать конфронтацию Израиля с арабскими странами в борьбе против антиимпериалистических тенденций в политике Египта и некоторых других арабских стран[14].




























Раздел 2.

Роль советского фактора в американо-египетских отношениях (1956-1970 гг)

 

В марте 1955 г. Г А. Насер впервые сформулировал шесть принципов египетской революции: 1) ликвидация господ­ства империализма; 2) уничтожение господства феодализ­ма; 3) уничтожение капиталистических монополий и их политического засилья; 4) установление социальной спра­ведливости; 5) создание сильной национальной армии; 6) создание, здорового, демократического общества [15].

Жизненный и политический опыт убеждал Г.А. Насера, что возрождение страны возможно лишь в случае самостоятельной внешней политики, а не под диктовку США, т.е. что внешняя политика Египта должна обрести под­линно национальный характер и стать эффективным инстру­ментом укрепления независимости.

          Совсем недавний памятный рейд на Газу В феврале 1955 года ,совершенный израильской армией показало весьма печальный итог. Египет, управлявший полосой Газы после первой израильско арабской войны, не смог дать отпор израильским солдатам. Прежде всего потому, что египет­ская армия была плохо вооружена. Перед президентом страны остро встала проблема перевооружения. Все предпринимавшиеся сразу после начала революции попытки Египта получить необходимое вооружение из США закончились безуспешно Президент Д Эйзенхауэр прислал Насеру то что последний назвал «игрушками для проведения военных парадов» Ему же не терпелось перевооружить армию.

Для станов­ления и формирования политики позитивного нейтралитета и неприсоединения, высказанной Г.А. Насером, явилось участие Египта в работе Бандунгской конференции стран Азии и Африки (апрель 1955 г.).Одновременно участие в этой конференции дало толчок к решению проблемы оружия. Насер в унифор­ме подполковника отправился в Бандунг В Индонезии состоялась имевшая колоссальный резонанс во всем мире международная конференция, на которую съехались лидеры свободных го­сударств Азии и Африки Среди ее участников были Чжоу Эньлай, Джа вахарлал Неру Ахмед Сукарно, другие лидеры освободившихся стран двух континентов

И вот именно там, в Бандунге, Насер встретился с Чжоу Эньлаем, которому решился задать свой сокровенный воп­рос в какой стране Египет смог бы получить так необходимое для нужд обороны оружие. Чжоу Эньлай не сразу ответил на заданный вопросОднако по прошествии нескольких минут ответил, что. оружие они смогут получить только у Советского Союза[16].

         Нужно отметить, что Насер многим рисковал, обра­щаясь к Советскому Союзу за оружием и прежде всего благосклонностью и поддержкой своих американских друзей. Те никак не думали, что подполковник в поисках защиты повернется к Москве Для них обращение Насера к СССР явилось полной неожиданностью. На­кануне открытия конференции американские политики возлагали на­дежды на то, что Г. А. Насер окажет «сдерживающее влия­ние» на ее участников и тем самым поможет удержать молодые афро-азиатские государства от «нейтралитета на стороне коммунистов». Эксперты госдепартамента даже предоставили в распоряжение египетского руководства ма­териалы, призванные «помочь» Египту определить свою по­зицию на конференции и настроить его против КНР и Ин­донезии. Однако этим планам не суждено было сбыться.

Вслед за объявлением Насера о предстоящем получении советского оружия в Египет зачастили официальные и неофициальные представители из США. Сначала они уговаривали будущего президента Египта одуматься. Затем попытались в очередной раз прибегнуть к рычагам военной и экономи­ческой «помощи» для оказания давления на Египет. Ранее египетское правительство неоднократно обращалось к США с просьбами о поставках вооружения, однако Вашингтон, как было сказано ранее, увязывал вопрос о военной «помо­щи» с заключением англо-египетского соглашения об эвакуации английских баз из зоны Суэцкого канала и вступлением Египта в военный блок. С подписанием этого документа Соединенные Штаты соглашались поставить во­оружение в рамках «программы взаимной безопасности», но это условие было отвергнуто Египтом . Лишившись одного средства давления на Египет Вашинг­тон решил в очередной раз пустить в ход ры­чаги экономической «помощи».

         Стремясь к ликвидации господства иностранных моно­полий в стране, правительство Г. А. Насера взяло курс на ускоренное развитие национальной экономики. Среди пер­вых мероприятий по се подъему, разработанных в 1953 г., особое место занимал проект сооружения на р. Нил выше г. Асуан высотной плотины с мощной гидроэлектростанцией и создания разветвленной оросительной системы.

 К концу 1955 г. госдепартамент США, обеспокоенный сближением Египта с Советским Союзом, принял решение форсировать переговоры об участии США в финансирова­нии строительства высотной Асуанской плотины, начатые еще в 1953 г. В декабре 1955 г. в США состоялась встреча министра финансов Египта А. М. Каисуни с представи­телями правительств США и Англии, а также президентом Международного банка реконструкции и развития (МБРР) Ю. Блэком. В ходе встречи была достигнута принципиаль­ная договоренность о финансировании работ по строитель­ству плотины. МБРР обещал выдслшь 200 млн. долл., Со­единенные Штаты — 96 млн , Англия — 14 млн. долл.

Советский Союз, скажем прямо, вдруг получивший возможность резко обозначить и защитить свои законные интересы на Ближнем Востоке, не упус- тил предоставившегося ему благоприятного шанса освободившиеся государства. В феврале 1956 г. западные державы и МБРР подтвердили свое согласие на предоставление Египту упомянутых займов.

Для Вашингтона участие в асуанском проекте было необходимостью для «нейтрализации растущего советского влияния в Египте». Как за­явил Дж. Даллес, они с президентом Эйзенхауэром счита­ли, что столь крупномасштабное соглашение с Египтом «будет отвечать интересам надежной взаимной безопасности» и что оно «поможет западным державам завоевать симпатии арабов и обеспечит поступление нефти по спокойным водам Суэца, Персидского залива и Восточного Средизем­номорья»[17].

В ходе переговоров о финансировании строительства Асуанской плотины, которые длились в общей сложности семь месяцев, США, Англия и МБРР неоднократно прибе­гали к тактике проволочек и оказывали постоянный нажим на египетское правительство, обусловливая свою помощь рядом требований, в том числе политического характера. В их числе — отказ Египта от заключения новых соглаше­ний с социалистическими странами о поставках оружия, прекращение внешнеполитических актов «недружественно­го характера» по отношению к западным державам и под­писание сепаратного мирного соглашения с Израилем. К тому же Вашингтон требовал, чтобы Египет не принимал помощи от Советского Союза в строительстве Асуанской плотины.

Однако надежды Вашингтона и Лондона на «сговорчи­вость» Египта оказались необоснованными. Египетское пра­вительство решительно отклонило условия западной «помо­щи», охарактеризовав их как вмешательство во внутренние дела страны и посягательство па его суверенитет. Характе­ризуя эти условия, Г. А. Насер говорил: «Банк пришлет к нам трех человек, один из которых сядет на место министра финансов, другой — на место министра торговли и третий — на мое» [18].

         Летом 1956 г.переговоры между Каиром, с одной сто­роны, и Вашингтоном и Лондоном — с другой, о финанси­ровании асуанского проекта вступили в решающую фазу. Египетское правительство, будучи заинтересованным в по­лучении займов, выразило готовность принять западную по­мощь после внесения в условия и предоставления соответ­ствующих поправок. Об этом Г. А. Насер проинформировал президента- МБРР Ю. Блэка во время встречи в Каире 20 июня 1956 г. 17 июля египетский посол в США А. Хус­сейн, получив полномочия на подписание соглашения, при­был в Вашингтон, где заявил представителям печати, что Египет принимает англо-американские предложения. Однако 19 июля, приняв египетского посла, Дж. Даллес в бес­церемонной, оскорбительной форме заявил об отказе аме­риканского правительства финансировать строительство Асуанской плотины и вручил ему официальное коммюнике, которое было заранее передано в печать. На следующий день аналогичное заявление было сделано египетскому по­слу в Лондоне от имени английского правительства. В тот же день президент МБРР заявил, что в связи с решением правительств США и Англии банк, со своей стороны, не мо­жет предоставить Египту обещанного займа..

Свой отказ предоставить обещанные займы Вашингтон мотивировал неуклюжими ссылками на отсутствие у Египта достаточных средств для строительства Асуанской .плотины, а также на то, что проблема распределения водных ресур­сов Нила между Египтом и другими государствами бассей­на оставалась нерешенной. Но уже тогда всем было понятно, что истинных мотивах «асуанской акции» Вашингтона, поставив Египту в вину его сближение с социалистическими странами/

Отказ Вашингтона от финансирования асуанского про­екта преследовал цель оказать на египетское правительство необходимое давление, с тем чтобы вынудить его капитули­ровать и в конечном счете принять те требования, которые продиктуют ему США и Англия. При этом предполагалось, что отказ в помощи поставит под вопрос осуществимость проекта, имевшего жизненно важное значение для Египта. Предпринимая этот демарш, Дж. Даллес, по свидетельству его официального биографа Дж. Била, явно надеялся, что Советский Союз не сможет оказать Египту необходимую экономическую помощь и, в результате, его авторитет на Ближнем Востоке окажется подорванным.

Таким образом, вопрос об отказе финансировать асуанский проект был решен Вашингтоном в духе политики «с позиции силы» и «холодной войны».

Реакция египетского правительства на политику шанта­жа и провокаций оказалась прямо противоположной той, на которую рассчитывали в Вашингтоне, Лондоне и Пари­же. 26 июля 1956 г. правительство Египетской Республики опубликовало президентский декрет о национализации Все­общей компании Суэцкого морского канала, которым пре­дусматривалась конфискация ее имущества, передача прав, обязательств и функций автономному египетскому органу, подчиненному правительству, а также выплата компенса­ции акционерам и держателям акций[19].

Компания Суэцкого канала, которая была своеобразным «государством в государстве», ежегодного выкачивала из Египта огромные суммы. Так, в 1955 г., накануне национа­лизации, чистая прибыль компании от эксплуатации Суэц­кого канала составила около 64 млн. долл., из которых 37,5 млн. досталось Франции, 23,5 млн.—Англии и лишь 3-млн: долл. было выплачено Египту . В среднем Египет получал около 3% от всей суммы дохода. Если бы Египет получал все прибыли от Суэцкого канала он бы мог строить два завода. Ежегодный доход канала равнялся 10% оценочной стоимости всей программы «Высокой плотины» на Ниле, осуществление которой Египет рассматривал , как задачу насущной экономической необходимости.

-Национализация Компании Суэцкого канала во всех от­ношениях была законной, справедливой акцией — строили его тысячи египетских феллахов, он являлся неотъемлемой частью территории Египта, его собственностью. И такая мера была продиктована политической и экономической необходимостью.

Однако реакция Запада была крайне негативной. Законный акт египетского правительства был использован правящими кругами империалистических держав как предлог для со­здания вокруг проблемы Суэцкого канала острого дипло­матического конфликта и осуществления военно-политиче­ской диверсии против Египта. Политики и дипломаты импе­риалистических держав умеренно смешивали вопрос о национализации Суэцкого капала с вопросом о свободе судо­ходства по каналу. Выдвижение западными правительства­ми явно неприемлемых для Каира предложений было лишь политической формой подготовки вооруженной интервенции в Египет.

26 июля 1956 г. египетское правительство национализировало Су­эцкий канал. В сентябре — октябре Совет Безопасности ООН рассмат­ривал суэцкий вопрос, а в конце октября — начале ноября Израиль, Англия и Франция начали агрессию против Египта. 2 ноября 1956 г. Чрезвычайная сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла резолю­цию, призывавшую к прекращению огня в Египте и возвращению к линии перемирия, установленной между Египтом и Израилем в 1949 году. Однако до вечера 4 ноября Генеральный секретарь ООН Д. Хаммар-шельд получил согласие на прекращение огня лишь от Египта. Что же касается агрессоров, то они активизировали военные действия, пытаясь достичь решающего военного преимущества: утром 5 ноября в Порт-Саиде был выброшен англо-французский десант, а израильские поиска, оккупировав Синайский полуостров, почти вплотную подошли к Суэц

В этих условиях решающей оказалась позиция СССР. 5 ноября со­ветская делегация потребовала созыва Совета Безопасности для рассмотрения сложившейся ситуации и представила проект резолю­ции, согласно которому все члены ООН, а особенно СССР и США как постоянные члены Совета Безопасности, имеющие в своем распоря­жении мощные военно-воздушные и военно-морские силы, призывались в том случае, если агрессоры нe прекратят в течение 12 часов огня и не выведут в трехдневный срок свои войска, оказать Египту военную или иную помощь посредством посылки вооруженных сил, военных инструкторов, добровольцев, а также в других формах. В тот же день Председатель Совета Министров СССР направил письма главам пра­вительств Англии, Франции и Израиля, в которых была изложена твердая позиция Советского Союза в отношении агрессии и подчерки­валась решимость СССР любыми средствами добиться ее прекращения[20]. Хотя советский проект резолюции был от­вергнут вечером 5 ноября в Совете Безопасности (против него вместе с Англией и Францией голосовали и США), твердая советская позиция сы­грала свою роль. 6 ноября военные действия в Египте были прекращены.

Выражением нового политического курса США на Ближнем Востоке явилась «доктрина Эйзенхауэра», изложенная в послании президента конгрессу от 5 января 1957 года. Вдохновитель и фактический автор этой доктрины Д. Ф. Даллес видел в ней логическое продолжение всей предшествующей американской политики в этом регионе, цель ко­торой заключалась в стремлении захватить здесь прочные политиче­ские позиции, полностью оттеснив СССР и социалистические страны от участия в решении его проблем. Путем проведения этой доктрины Запад и в первую очередь США пытались включить арабские страны и Израиль в некую единую политическую общность, то есть осуще­ствить план, который выдвинули США вместе с другими империали­стическими державами в начале 50-х годов.

Разумеется, «доктрина Эйзенхауэра» не была простым повторе­нием старого политического курса, поскольку условия коренным обра­зом изменились. Суэцкая авантюра Англии и Франции и их фактиче­ское поражение лишили эти державы, которые считались традицион­ными выразителями интересов западного мира на Ближнем Востоке и в Северной Африке, большей части их влияния. Американское правительство стремилось заполнить образовавшийся, говоря его сло­вами, «вакуум силы», заменив англичан и французов и помешать росту авторитета Советского Союза среди арабских наро­дов.

Президент требовал, чтобы конгресс разрешил использовать аме­риканские войска «для обеспечения и защиты целостности и политиче­ской независимости» тех стран Ближнего Востока,которые попросят о такой помощи против открытой агрессии со стороны любого госу­дарства, контролируемого международным коммунизмом. Фактиче­ски Эйзенхауэр предлагал ближневосточным странам специфическую форму военного союза с США, не закрепленного формально каким-либо договором, в котором вся тяжесть обязательств как будто бы должна была лечь на американскую сторону, а механизм действия ко­торого вроде бы зависел только от пожеланий и просьб лидеров самих ближневосточных стран. Уже одно согласие с этой доктриной, как по­лагало американское правительство, должно было помешать потен­циальному развитию контактов этих стран с СССР. А для того что­бы придать особую притягательность этому неофициальному военному-союзу, Эйзенхауэр предложил ежегодно предоставлять принявшим его странам «экономическую помощь» на сумму в 200 млн. долларов, а так­же оказывать военную помощь и содействие в рамках ранее принятых американских «оборонительных программ». Принятие ближневосточ­ными странами этого «довеска» должно было обеспечить Соединенным Штатам Америки средства давления на их политику и гарантировать «надежность» этого союза.

«Доктрина Эйзенхауэра» носила фактически антисоветский харак­тер. Эта устремленность, желание заставить арабские страны отказаться от каких-либо связей с СССР и другими странами социали­стического содружества были разоблачены в Заявлении ТАСС «О поли­тике Соединенных Штатов на Ближнем и Среднем Востоке», опублико­ванном 13 января 1957 года. В нем констатировалось наличие «серьезной угрозы миру и безопасности в районе Ближнего и Среднего Востока.

     11 февраля 1957 г. правительство СССР выступило с дипломатиче­ской инициативой, направленной на скорейшее урегулирование спор­ных проблем и создание на Ближнем Востоке и в Северной Африке условий для беспрепятственного и всестороннего политического и со­циально-экономического развития стран этого региона. Советское пра­вительство направило США, Англии и Франции идентичные ноты с изло­жением программы совместных действий, которая включала в себя: (1) «сохранение мира на Ближнем и Среднем Востоке путем урегули­рования спорных вопросов исключительно мирными средствами на основе метода переговоров»; (2) взаимное невмешательство во внутрен­ние дела стран этого района; (3) отказ от вовлечения их в военные блоки с участием великих держав; (4) ликвидация иностранных воен­ных баз и вывод иностранных войск с территории стран Ближнего и Среднего Востока; (5) взаимный отказ от поставок оружия в эти страны; (6) содействие их экономическому развитию «без предъявле­ния каких бы то ни было при этом политических, военных или иных условий, несовместимых с достоинством и суверенитетом этих стран»[21]. Указанные предложения были адресованы прежде всего США и ста­вили целью воспрепятствовать осуществлению в районе Ближнего Востока односторонних действий, предусмотренных «доктриной Эйзен­хауэра», которые, как говорилось в нотах, создали бы «искусствен­ные экономические и политические барьеры, мешающие нормальным связям между государствами». Советское правительство заявляло, что, со своей стороны, оно не стремится к приобретению здесь баз или кон­цессий.

Навязывая арабскому миру «доктрину Эйзенхауэра», США одновременно активно поддерживали политические и территориальные претензии Израиля, выполнявшего роль их наиболее верного аген­та на Ближнем Востоке. В то же время советская программа не оставляла американскому правительству сколько-нибудь существен­ного простора для маневрирования. Не вызывала сомнений реши­мость правительства СССР оказать всю необходимую помощь Египту в освобождении захваченной территории и в случае отрицательной реакции США. Поэтому в своих собственных интересах, стремясь обеспечить потенциальный успех «доктрины Эйзенхауэра», американ­ское правительство вынуждено было уже в день получения советской ноты направить Израилю «памятную записку», в которой указывалось, что США не могут поддержать израильские притязания на Газу. Однако Тель-Авив медлил с ответом.

     9 марта конгресс США одобрил «доктрину Эйзен­хауэра», а 11 марта правительство США ответило отрицательно на ноту СССР от 11 февраля. Демагогически заявляя о невмешательстве в дела государств Ближнего Востока, США одновременно форсиро­вали собственное вмешательство в дела этого района. 9 марта, в день утверждения «доктрины Эйзенхауэра» конгрессом, президент США назначил Д. П. Ричардса своим специальным эмиссаром для поезд­ки по странам Ближнего Востока и Северной Африки с целью убедить их правительства принять «доктрину».

США торопились использовать политические и психологические преимущества, которые, по их мнению, предоставлял им вывод изра­ильских войск. 12 марта Д. Ричарде пустился в путь. В течение марта, апреля и мая 1957 г. он побывал в 15 странах Ближнего Востока и Се­верной Африки. Деятельность Ричардса в Северной Африке весьма походила на попытку «окружения» Египта. Вместе с тем США не оставляли попы­ток побудить его наравне с другими арабскими странами примкнуть к «доктрине», сменив тем самым свою внешнеполитическую ориента­цию, которой он придерживался с середины 1955 года. Египетское пра­вительство очень осторожно подходило к выработке своего решения по данному вопросу и не торопилось с окончательным ответом, надеясь использовать межимпериалистические противоречия для разрешения ряда проблем, в частности вопросов о порядке взимания сборов за про­ход через Суэцкий канал, о праве Израиля пользоваться каналом, а также о статусе Газы.

В условиях, когда США нагнетали напряженность на Ближнем Востоке, Советский Союз вновь напомнил о своей программе, которая могла бы решительно изменить развитие событий. Эту цель преследовала, в частности, советская нота правительству США от 19 апреля. В ней СССР предлагал, чтобы четыре великие державы осудили применение силы в районе Ближнего Востока. Данное предложение выдвигалось в качестве «первого шага в направлении оздоровления и нормализации обстановки на Ближнем и Среднем Востоке»[22] и в дальнейшем предусматривало совместную гарантию четырьмя вели­кими державами статус-кво в этом районе, что, в свою очередь, должно было проложить путь к урегулированию спорных проблем, в том числе и к возможному признанию Израиля со стороны арабских государств. 11 июня 1957 г. США, Англия и Франция направили ответные ноты Советскому правительству. В них они отвергали новое советское предло­жение, ничего не предлагая взамен.

Таким образом, позиция США привела к срыву советско-амери­канского диалога в отношении согласованных действий в районе Ближ­него Востока, что не могло не повлиять на развитие международ­ных отношений. Попытки использовать «доктрину Эйзенхауэра» в качестве основного инструмента в политике Запада в этом регионе встретили решительное противодействие Советского Союза, стран со­циалистического содружества и арабских народов и в итоге были сорваны.

По мере того как все более очевидной становилась не­состоятельность американской ближневосточной политики «с позиции силы», в правящих кругах США росло понима­ние того, что курс на втягивание арабских стран в воен­ные блоки, односторонняя ориентация на слабеющие фео­дально-монархические режимы и открытая враждебность по отношению к нейтралистским государствам способны лишь нанести ущерб интересам и позициям США па Ближ­нем Востоке. Примерно с середины 1958 г. Вашингтон приступил к постепенному осторожному пересмотру подхо­да к ближневосточным вопросам.

Суть новой тактики заключалась в том, что империали­стические круги США сознательно шли на возобновление диалога с арабским национализмом с целью использовать его в своих интересах. В качестве важнейшей задачи па-ряду с укреплением системы военных блоков и баз, сохра­нившихся в этом районе, выдвигалось создание прочного классового союза с национальной буржуазией арабских стран на платформе «борьбы с коммунизмом».

В период 1958-1960 гг. антикоммунизм стал основным инструментом новой тактики на Ближнем Востоке. Это явилось реакцией Вашингтона на развитие советско-египетского сотрудничества. Еще в июне 1956. произошел визит министра иностранных дел СССР в Каир. В коммюнике, об итогах его переговоров с Г.А. Насером было признано, что развитие советско-египетских отношений во всех областях сотрудничества отвечает интересам обоих народов и является существенным вкладом в дело упрочнения мира и безопасности.[23]

По мере того, как становилось ясно, что Египет не собирается «вписываться» в разработанные Вашингтоном системы тактика лавирования в египетской политике уступала место неприкрытой враждебности. Эта враждебность выражалась в активном расширении антикоммунистической компании в Египте. Вашингтон в своей борьбе успешно опирался на крупную египетскую буржуазию, которая обладала подавляющим большинством в высшем законодательном органе страны - Национальном собрании.[24] Используя эконо­мическую мощь и укрепившиеся политические позиции, крупная египетская буржуазия оказывала давление па правительство с тем, чтобы добиться поворота в сторону ориентации на запад­ные державы; этот курс получил поддержку со стороны определенной части высшей бюрократии и офицерства.

Другим важным фактором влияния являлась сельскохозяйственная «помощь»,. Которая однако выражалась только в поставках зерна, но не в развитии сельского хозяйства. Американ­ские «займы развития», размеры которых были весьма не­велики, направлялись, как правило, на развитие в ОАР ин­фраструктуры и второстепенных отраслей экономики. В ряде случаев Соединенные Штаты финансировали государственные проекты промышленного развития Египта. При этом, однако, займы и кредиты не предоставлялись для развития ключевых отраслей египетской промышленности. Значительное увеличение американской «помощи» ОАР в 1959—1960 гг. способствовало расширению торговой экс­пансии США. Товарооборот между двумя странами увели­чился до 182,2 млн. долл. в 1960 г. по сравнению с 57,1 млн. в 1957 г., т. е. в 3,7 раза, При этом экспорт США вырос почти в 4 раза, а импорт практически оставался на прежнем уровне[25]. Вынужденные коррективы в американской политике «помощи» были прежде всего реакцией на экономическое сотрудничество ОАР с социалистическими странами, кото­рое продолжало успешно развиваться, несмотря на отме­чавшееся осложнение отношений между ними в области идеологии. В этом сотрудничестве правящие круги США видели реальную угрозу остаться в стороне от развития египетской экономики, утратить основной, решающий рычаг воздействия на социально-экономические процессы в этой арабской стране.

     С приходом к власти в США администрации Дж. Кен­неди американская политика в отношении ОАР претерпела существенные изменения, которые вытекали из установок политики «новых рубежей», торжественно провозглашен­ной президентом в начале 1961 г. Программа «новых рубе­жей» была своего рода защитной реакцией правящих кру­гов США на очевидный провал политики с «позиции силы» и кардинальные сдвиги па международной арене на рубеже 50—60-х годов. К тому времени неизмеримо выросли эко­номическая и военная мощь Советского Союза и социали­стического содружества в целом, расширилось и углуби­лось национально-освободительное движение. Политика «новых рубежей» таила в себе гораздо большую опасность для арабских стран, чем прямолинейный, твердолобый «жесткий курс». Стремясь поднять изрядно подорванный престиж США в арабском мире, американ­ские политики выдвинули универсальные принципы «друж­бы со всеми арабами» и «беспристрастного подхода к арабам и израильтянам». Их практическая реализация означала признание Насера в качестве ведущего арабского лидера.

 Однако политика «новых рубежей» оказалась несостоятельной. Об этом свидетельствовало то, что Соединенные Штаты не смогли оказать сколько-нибудь существенного воздействия на внутриполитические и соци­ально-экономические процессы в этой стране. Более того, в этот период имело место дальнейшее углубление египет­ской революции. Прогрессивные социально-экономические и политические сдвиги, происшедшие в ОАР, были закреп­лены в Хартии национальных действий, принятой в июне 1962 г. и ставшей одним из главных программных докумен­тов египетской революции. Хартия официально провозгла­сила социалистическую ориентацию ОАР как единственно правильный путь развития. В пен подчеркивалось» что ка­питализм не может обеспечить преодоления социально-эко­номической отсталости страны и поэтому неприемлем для египетского народа.

В 1964 году, после гибели Дж. Кеннеди в конце 1963 г., новая администрация постепенно возвращалась к «жесткому курсу» и кульмина-цией антиегипетской политики стала израильская агрессия 1967 г. В 1966 г. Вашингтон объявил об отказе заключить новое соглашение о поставках продоволь­ствия ОАР.. В качестве одной из главных причин этой «ка­рательной» акции Вашингтона было сближение ОАР с социалистическими странами..

Отказ США возобновить продовольственную помощь ОАР означал в то же время окончательный отход админи­страции Джонсона от тактики маневрирования в отношении Каира. С этого времени отношения между США и ОАР вступили в фазу открытой конфронтации, враждебности

С июня I966 г. и вплоть до израильской агрессии 1967 г. Соединенные Штаты, несмотря на неоднократные обраще­нии египетского правительства в Вашингтон, не шли на предоставление продовольственной помощи Египту. В апреле 1967 г. президент Насер официально отказался от поданной ранее заявки на поставки ОАР американской пшеницы.

Экономическое давление и шантаж Вашингтона в отно­шении ОАР были важным, но не единственным направле­нием в антиегипетской политике США. Внешнеэкономиче­ская политика ведущей империалистической державы тесно смыкалась с организацией подрывной деятельности против ОАР. Не будет преувеличением сказать, что в борьбе про­тив прогрессивного египетского режима основную ставку Вашингтон делал на насильственное свержение правитель­ства Г. Л. Насера. Одновременно Вашингтон начал создавать политическую и экономическую завесу для неожиданного израильского нападения на арабские страны. США накануне изральской агрессии 1967 г., имели целью дезориентировать правительства Египта и других арабских стран и обеспечить прикрытие для Телль-Авива.

Американская политика пособничества агрессивным пла­нам Тель-Авива получила в этот период наиболее яркое вы­ражении в массированных поставках оружия израильской военщине. Так, с марта по май 1967 г., т. е. а период особой напряженности на Ближним Востоке, США и их союзники по НАТО поставили Израилю 400 танков и 250 самолетов . Усилиями западных держав израильская армия была пре­вращена с мощную агрессивную силу, призванную слу­жить целям империализма на Ближнем Востоке. Накануне «шестидневной войны» эта армия при населении страны 2,5 млн. человек насчитывала 264 тыс. военнослужащих, имея па вооружении 800 танков и 300 боевых самолетов.

5 июня 967 г. израильские войска вероломно напали на ОАР, Сирию и Иорданию. Используя преимущества вне­запного нападения, израильские ВВС смогли в первый же день воины уничтожить на аэродромах большую часть авиа­ции арабских стран. Сломив затем сопротивление египет­ских мотопехотных и бронетанковых частей, лишившихся прикрытия с воздуха, израильская армия вышла на восточ­ный берег Суэцкого капала. В ходе так называемой шести- дневной войны 5—10 нюня 1967 г. Израиль захватил сектор Газа, находившийся под управлением ОАР, Синайский полу­остров, иорданскую часть г. Иерусалима, Западный берег р. Иордан и сирийские Голанские высоты.

В преодолении тяжелых последствий израильской агрессии огромную помощь Египту оказал Советский Союз. Так, сра­зу же после июньской войны 1967 г. СССР предоставил ОАР —до конца года — 350 тыс. т пшеницы, 300 тыс, т са­хара, большое количество других продуктов питания. Были значительно увеличены советские поставки машин, обору­дования, лесоматериалов и т. п[26]. Значительную экономи­ческую поддержку Советский Союз продолжал оказывать ОАР и в последующие годы.

Советский Союз в кратчайший срок после израильской агрессии 1967 г. помог Египту не только восстановить, но и значительно увеличить ее оборонную мощь. Советское правительство предоставило Египту необхо­димое вооружение и по просьбе египетского руководства на­правило туда военных советников и специалистов. Благо­даря обширным поставкам советской военной техники на льготных условиях и помощи советских военных специали­стов был создан внушительный военный потенциал Египту, позволивший ей усилить отпор агрессивным действиям Из­раиля. Уже в 1969—1970 гг. египетские вооруженные силы успешно противостояли израильской армии в военной кон­фронтации в зоне Суэцкого канала.

Вывод.

 Анализ политики США в отношении Египта в 1956-1970 гг позволяет сделать вывод, что стратегические цели Вашингтона были неизменными, а именно: в каждом своем шаге США стремилось подчинить Египет своему экономическому и политическому влиянию, превратить Египет в своего союзника, а значит получить еще одну базу на Ближнем Востоке, и самое главное - изолировать от Советского союза, чья помощь и сотрудничество так успешно развивалась в упомянутый период. США не могло упустить шанс укрепить в Египте американские позиции, начатые устанавливается в 1952-1955гг.

Ставка Вашингтона на военную мощь Израиля в борьбе против Египта не оправдала себя. Главный про­счет американских стратегов заключался в том, что они не­дооценили решимость египетского руководства следо­вать избранным курсом укрепления национальной независи­мости. Важную роль в этом сыграла эффективная помощь Советского Союза, который не упустил шанса укрепится в этом регионе для противоборства с США в холодной войне.























Глава 3.

Эволюция американо-египетских отношений в период президентства А. Садата (1971-1981).

28 сентября 1970 г., после смерти Г. А. Насера, АРЕ возглавил Анвар Садат. Это было обусловлено конституцией: в момент смерти Г.А. Насера Садат был вице-президентом. Многие политики считали это временным явлением. Были и такие , которые определяли возможный срок нахождения Садата на посту президента всего в несколь­ко месяцев. Для подобных выводов, казалось, были серь­езные основания. Садат стал президентом, но реальная власть — армия, министерство внутренних дел, разведка, Арабский социалистический союз (АСС), секретная орга­низация «Авангард социалистов» внутри АСС — все это оставалось на первых порах не под контролем Садата. Но лишь на первых порах. Возможно Сказался такой феномен, как традиционное, еще со времен фараонов, прек­лонение в Египте перед лицом, занимающим высшее по­ложение в иерархии государственной власти. Безусловно, сыграла свою роль и личность самого Садата. Он оказался неплохим тактиком, целеустремленным и хитрым поли­тикой.

 Первой задачей Садата на новом посту стало укрепление своих позиций. В мае 1971 года искусным маневрированием он одолел политических недругов, обвинив их в попытке государственного переворота. Тысячи людей вышли на улицы Каира, требуя смертной казни для «зачинщиков мятежа» — министра внутренних дел Шарави Гомаа и министра обороны генерала Мохаммада Фавзи. Со своих постов были смещены руководители службы безопасности. В результате перестановок в силовых структурах с политического горизонта исчезли наиболее влиятельные сторонники Насера просоветской ориентации и личные противники Садата. Ключевые министерства сразу же перешли под контроль лояльных Садату людей. С 14 мая 1971 г.— Анпар Садат стал, по сути дела, единолично править страной. В Египте была установлена его личная диктатура.

Государственный переворот, фактически осуществлен­ный Садатом 14 мая, принципиально облегчал проведение американской линии в Египте. Соединенные Штаты, дейст­вуя различными средствами и методами, стали стремиться обеспечить свое влияние на Садата, а затем поставить его под свой контроль, что автоматически означало контроль США над египетской внешней политикой.

         Президент Садат отдавал должное государственной мудрости своего предшественника. США, разумеется, отказывали Египту в оружии и финансовой помощи. Это была идея Насера обратиться к СССР с просьбой срочно прислать зенитно-ракетные установки ПВО, а на время подготовки в Советском Союзе египетских расчетов направить в Египет советский военный персонал. Речь шла не о советниках-инструкторах, не о переводчиках и преподавателях для военных академий, а о 20 тыс. военнослужащих для ведения боевых действий.

 Между СССР и ОАР существовало секретное межправительственное соглашение, заключенное еще Г.А Насером, в ходе тайного визита в Москву в конце декабря 1969 г. По нему СССР прислал зенитно-ракетные установки ПВО, и на время подготовки в Советском Союзе египетских расчетов направил в Египет советский военный персонал-20 тыс. военнослужащих для ведения боевых действий. Однако Садат, имея намерения совершенно противоположные своему предшественнику, начал компанию по дискриминации советских войск и Советского союза в целом. Из воспоминаний Владимира Виноградова, Чрезвычайного и Полномочного Посла СССР в Египте в те годы: «И тут начались придирки к нам. Военная тема была настолько частой в беседах с президентом, что я как посол занимался больше не политическими, а военными проблемами. Каждая встреча начиналась с высказывания недовольства по поводу военных поставок: что-то недопоставили, что-то прислали не то. Плохо так и нехорошо эдак... Затем началась кампания в печати, что, мол СССР поставляет Египту плохое оружие, а вот американцы Израилю — первоклассное. К слову сказать, Египет имел в то время такое оружие, которого не было нигде за пределами СССР, да и в Советском Союзе далеко не каждая воинская часть имела оснащение, сравнимое с египетской армией. В политическом плане Советскому Союзу выдвигались претензии, что в своей ближневосточной политике он стремится к положению «ни войны, ни мира». Летом 1972 г. египетская командировка для советских военнослужащих завершилась — быстро и обидно. Считая, что Советский Союз дал ему неадекватную поддержку в продолжающемся противостоянии с Израилем, и желая обрести более мощного союзника в лице США, Садат в июне 1972 г. выслал советских специалистов и военных советников из страны в связи с «окончанием миссии советских военных советников и выполнением ими интернационального долга».

 Последние советские специалисты покинули Египет 16 июля 1972 г. Союз Садата с Москвой исчерпал себя вместе с идеей социалистического выбора[27].

Эти факторы совпали с немаловажным об­стоятельством — в середине 70-х годов США начали активизироваться на Ближнем Востоке и среди прочего поставили задачу: вытеснить из Египта Советский Союз путем полной внешней и внутренней переориен­тации политического курса Каира, в том числе поощрением «открытия и «либерализации» экономики перед частным и иностранным капита­лом, организации внутренней структуры по западному образцу, т.е. фактически создания там «благоприятного климата» для американского бизнеса; подтал­кивания крупнейшей арабской страны на вступление в мирные перего­воры с Израилем, ответственность за безопасность которого взял на себя Вашингтон; использования египетской территории в качестве военного плацдарма на случай обострения обстановки в соседних странах и близ­лежащих районах.

         В свою очередь, А. Садат, во-первых, надеялся получить от Вашингтона экономические «инъекции» для преодоления застоя в эконо­мике, во-вторых, рассчитывал использовать американское давление на Израиль, чтобы заставить последний вернуть оккупированный им в нюне 1967 года Синай.

          Еще в 1971 году Вашингтон довел до сведения Каира, что президент Никсон был бы сговорчивее, если бы Садат «сократил непомерное русское присутствие в Египте». Принятое Садатом в июле 1972 года решение отка-заться от содействия советских военных специалистов, находившихся в стране по просьбе президента Насера, было воспринято администрацией США как «еще один призыв к американцам оказать помощь» и оценено президентом Никсоном в его конфиденциальном послании Садату как «важный шаг» на пути налаживания двустороннего диалога. По инициативе американцев в начале 1973 года в Вашингтоне и Париже состоялись секретные переговоры Г, Киссинджера — тогдашнего государственного секретаря и помощника президента США. по вопросам национальной безопасности — с доверенным человеком Садата Хафезом Исмаилом, занимавшим пост помощника египетского президента по национальной безопасности .

Эти дали возможность Вашингтону «навести мосты» в Каир и установить постоянный диалог с Садатом, в чем последний тоже был весьма заинтересован. Ана­лизируя каждое заявление египетского президента, сде­ланное в этот период, в Вашингтоне приходили к выводу, что «Садат жаждет заключить сделку с США». Уже в ходе первой личной беседы, состоявшейся 7 ноября в Каире, Садат и Киссинджер пришли к выводу, что они должны быть «друзьями» и проводить на Ближнем Востоке «общую стратегию». Садат, с точки зрения американцев, оказался «сговорчивым человеком». Несомненно, что сближение Вашингтона и Каира произошло на американских условиях. За это Садату была обещана политическая поддержка его ка­питулянтской политики и экономическая помощь, раз­меры которой ставились в прямою зависимость от его усердия в реализации военно-стратегических и поли­тических устремлений США В 1974 году Вашингтон согласился выделить Египту 250 миллионов долларов, в том числе 170 миллионов на расчистку Суэцкого канала и восстановление приканальной зоны и 80 мил­лионов на оплату импорта американских товаров[28]. Разумеется, США приняли к сведению то обстоятель­ство, что Садат занялся «либерализацией» экономиче­ской жизни в стране и ее переориентацией на Запад. Прогрессивные социально-экономические преобразова­ния, начатые при Насере, были приостановлены и стали свертываться; местному частному и иностранному ка­питалу была предоставлена полная свобода во всех сферах экономики. Четче и четче вырисовывалась ли­ния Садата на подрыв советско-египетских отношений и двустороннего сотрудничества.

В том же 1971 году Садат продемонстрировал стремление к установлению мира с Израилем, сделав в феврале этого года предложение об откры­тии Суэцкого канала для судов всех стран, если израильтяне согласят­ся отойти на несколько километров от восточного берега канала. Однако в этот период в Египте началось острое внутреннее броже­ние, связанное с недовольством широких слоев египтян состоянием «ни войны, ни мира». В 1972 году проходили массовые студенческие выступления против «мирных решений» с Израилем. За начало войны выступила и группа видных египетских писателей во главе с Тауфик аль-Хакнмом. Зрело серьезное недовольство внутри египетской армии, которая была нацелена только на войну. В какой-то степени это отве­чало корыстным интересам самого Садата, который рассчитывал завое­вать популярность в споем народе, выступив сторонником активной борьбы с «сионистским врагом». 6 октября 1973 года начались боевые действия в четвертой по счету арабо-израильской иойне, которая впер­вые не принесла военных побед Израилю. Более того, создавались пред­посылки для консолидации арабов на антиизраильской, а значит, в определенной мере и антиамериканской основе. Кроме неудач военной машины Тель-Авива в тот период серьезную озабоченность у Вашинг­тона вызвало нефтяное эмбарго арабских стран, которое вычертило кон­туры возможного политического потенциала арабов в будущем. Амери­канская администрация вынуждена была активизировать ближнево­сточное направление своей политики.

         С середины 70-х годов США начинают новый этап своей стратегии в ближневосточном регионе — упор делается на попытки заставить арабские страны заключить мир с Израилем. Вашингтон считает необ­ходимым монополизировать любые мирные переговоры, чтобы вытес­нить из их процесса Советский Союз и тем самым подорвать его влия­ние в регионе. В результате в январе 1974 года было заключено первое соглашение о разъединении войск между Египтом, Сирией и Израилем, а в сентябре 1975 года подписано второе соглашение, которое дало крупную трещину в арабском мире, так как на этот раз оно было под­писано без Сирии. Таким образом, открывался путь для сепаратных сделок.

В 1975 году размер американской экономической помощи Египту достиг 370 миллионов долларов за счет возобновления поставок продовольственных това­ров по «закону 480» и дополнительных кредитов на оплату импорта потребительских товаров. В документе «Заверения правительства США Египту» (сентябрь 1975 года) Вашингтон впервые официально подтвердил свою «политику помощи Египту в деле экономического развития», что было непосредственно связано с подписа­нием под нажимом США соглашения о втором этапе разъединения египетско-израильских войск на Синае.

Политические уступки Садата шли далеко. Вскоре он согласился ослабить бойкот агрессора и прекратить антиизраильскую пропаганду, а затем пообещал аме­риканцам занять нейтральную позицию в случае нача­ла военных действий между Израилем и Сирией, что явилось прямым нарушением межарабского пакта о совместной обороне. Через некоторое время после­довало заверение американским друзьям, что следую­щее соглашение с Израилем «должно быть окончатель­ным мирным соглашением».

 К 1976 году Садат почувствовал свои позиции достаточно прочными, чтобы пойти на открытый разрыв с СССР: в феврале был денонсирован советско-египетский Договор о дружбе и сотрудничестве от 27 мая 1971 года. Эти действия а также с ползание Египта на путь сепаратных сделок с Израилем- были по достоинству оценены американской администрацией. Садат получил новую солидную порцию американской помощи —до 934 миллионов долларов, из которых 222 миллиона были предоставлены в виде продоволь­ствия. В дальнейшем поставки в Египте сельскохозяй­ственных товаров из США стабилизировались на уров­не 1,5 миллиона тонн зерна (в стоимостном выраже­нии — на 200—225 миллионов долларов ежегодно).

Однако режим Садата нуждался не только в «ава­рийной» поддержке в виде срочных продовольствен­ных поставок, но и в закреплении своего курса на вос­становление капиталистических отношений в египетской экономике. Для этого ему стали выделяться кредиты (до 480 миллионов долларов) на более долговремен­ные программы.

Встреча в Кэмп-дэвиде (сентябрь 1978 года) и подписание сепаратного договора с Израилем (март 3979 года) были логическим завершением предатель­ской политики Садата в отношении всех арабов и зна­меновали его окончательный переход в лагерь американского империализма на Ближнем Вос­токе. С подписанием этого договора зависимость Егип­та от помощи США еще более усилилась, поскольку он лишился арабских источников получения значитель­ных финансовых средств.

Буквально через два месяца Египет —уже в каче­стве союзника США на Ближнем Востоке — был вклю­чен в число стран, получающих американскую военную помощь, санкционируемую конгрессом. По настоятель­ной просьбе администрации Картера в мае 1979 года конгресс США одобрил законопроект о предоставлении на три года Египту и Израилю на «пакетной» основе 4,8 миллиарда долларов в виде кредитов на приобре­тение военной техники, причем Египту выделялось 1.8 миллиарда долларов, Израилю — три миллиарда.

         С получением субсидий на военные нужды увели­чились и обязательства Садата перед США. Связанный по рукам и ногам, египетский президент заверил ва­шингтонскую администрацию в том, что он предоставит (и предоставил!) США любые «военные льготы» для борьбы с «советской угрозой» на Ближнем Востоке и в Африке и «защиты» прозападных режимов в районе Персидского залива.

Однако нужно заметить, что американская помощь не играла ощутимой роли в экономической жизни Египта. Размеры ее были зна­чительны, но по своей направленности она не способ­ствовала развитию египетской экономики». В Египте занимались сотни американских компаний, учреждений, банков, но только не египтяне, поскольку они не имели права распределять кредиты по своему усмотрению и вынуждены были довольствоваться ролью стороны, «одобряющей» предлагаемые ей проек­ты, товары и услуги. Всеми практическими вопросами ведала штаб-квар­тира УМР в Вашингтоне и ее офис в Каире, где ра­ботало свыше 400 американцев (из них около 300 — по контрактам). Они, естественно, получали вознагражде­ние из средств, отпускаемых в рамках помощи. С 1980 года военная помощь Египту стала регулярной и ее сумма была повышена до 800 миллионов Разумеется, был увеличен и объем ежегодных военных ассигнований Израилю, которые составли приблизительно два миллиарда долларов.

Помощь США по государственной линии всегда со­провождается проникновением американского частного капитала. Так, в 1974 году был учрежден американо-египетский совет бизнесменов, основная задача которо­го сводилась к всемерному поощрению частных аме­риканских инвестиций. Следуя рекомендациям совета, египетские власти приняли «закон № 32», предоставив­ший иностранному капиталу такие льготы, каких он не имеел, пожалуй, ни в одной другой стране.

Вывод.

Таким образом, в 1970—80-х годах между Египтом и США сло­жился широкий комплекс отношений в политической, военной и экономической сферах. Учитывая весомую роль Египта в регионе, Вашингтон стремился превратить Каир в проводника своих интересов на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

США добилось изоляции Египта от других арабских государств. Изпользуя, в качестве прикрытия, сепаратную сделку между Израилем и Египтом, Соединенные штаты оформили в их лице военно-политический альянс, призванный обеспечивать американские интересы на ближнем Востоке. За сравнительно короткий срок Египет превратился в послушного проводника агрессивных планов военно-промышленного комплекса США на Ближнем и Среднем Востоке.



























Заключение.

Стра­тегические цели Вашингтона в отношении Египта на про­тяжении рассматриваемого периода были неизменными: воспрепятствовать углублению египетской революции, под­чинить Египет своему политическому и экономическому влиянию, сохранить и укрепить в этой стране американ­ские позиции, превратить ее в союзника США и изолировать от Советского союза. Следует отметить, что на всех этапах американской экс­пансии в Египте наиболее верным и надежным средством достижения поставленных целей в Вашингтоне считали ликвидацию прогрессивного режима в этой стране и заме­ну его проамериканским режимом.

Израильская агрессия 1967 г. против арабских стран, со­вершенная при прямом попустительстве и пособничестве Соединенных Штатов, стала своеобразным рубежом как в развитии ситуации на Ближнем Востоке, так и в стратегии США в этом регионе. В конце 60-х годов завершилась опре­деленная историческая полоса и начался новый этап в аме­риканской политике в отношении Египта. Этот этап был тесно связан с глубокими сдвигами в глобальной междуна­родной обстановке, с изменениями в расстановке классовых и политических сил на ближневосточной арене, а также с начавшейся после смерти президента Г. А. Насера транс­формацией египетского режима.

Анализ политики США в отношении Египта в 1950—60-е годы позволяет сделать вывод, что характер и ближайшие перспективы отношений с крупнейшей арабской страной оказывали постоянное и глубокое воздействие на ближне­восточную политику Вашингтона в целом. В то же время не меньшее значение имела, конечно, и обратная связь. Так, одной из главных причин ужесточения американской политики в отношении Египта в середине 60-х годов яви­лась все более открытая ориентация правящих кругов США на Израиль как основное орудие борьбы против арабского национально-освободительного движения.

Если стратегические цели и основные принципы американской политики в отношении Египта в период 1952— 1967 гг. были неизменными, то этого нельзя сказать об аме­риканской тактике, которая модифицировалась от этапа к этапу. Эволюция американской тактики определялась как развитием револю­ционного процесса в Египте, так и изменениями в соотно­шении сил на мировой арене и Ближнем Востоке, нараста­нием арабского национально-освободительного движения, ослаблением позиции старых колониальных держав — Анг­лии и Франции в этом районе

Однако американская политика в отношении Египта в 50—60-е годы не достигла ни одной из основных, долгосрочных целей. Соединенным Штатам не удалось оста­новить развитие революционного процесса в Египте и вос­становить там свои позиции. Более того, сама политика «с позиции силы», особенно в период 1955—1958 гг., во многом способствовала усилению антиимпериалистической направленности внешнеполитического курса Египта. Ва­шингтону не удалось воспрепятствовать сближению Египта со странами социализма, развитию и углублению советско-арабского сотрудничества. После израильской агрессии 1967 г. американо-египетские отношения почти полностью прекратились.

Низкая эффективность политики США в отношении Египта в 50—60-е годы, многочисленные провалы и неудачи были обусловлены не временными и случайными причинами, а рядом объективных и субъективных факторов долгосроч­ного действия. Во-первых, экспансионистская, политика США постоянно находилась в глубоком противоречии с объективными потребностями политического и социально-экономического развития Египта. Во-вторых, неоколониалистским замыслам США египетское руководство противопоставило последовательно проводив­шийся антиимпериалистический внешнеполитический курс, который с начала 60-х годов подкреплялся глубокими соци­ально-экономическими преобразованиями внутри страны. В-третьих, важным фактором укрепления национальной не­зависимости Египта, его успешного противодействия проискам Соединенных Штатов выступали экономическая помощь и морально-политическая поддержка, которую оказывал Египту Советский Союз. В-четвертых, большую роль в бло­кировании попыток США подчинить Египет своему влиянию сыграл последовательный антиимпериализм президента Г. А. Насера, который внес огромный личный вклад в раз­работку и осуществление внешнеполитического курса.

После смерти президента Г. Л. Насера к власти пришла группировка А. Садата, выражавшая интересы господствующих слоев египетского общества: верхушки административ­ного и военного аппарата, компрадорской буржуазии. Новое руководство пошло по пути свертывания и искоренения прогрессивных завоеваний египетской рево­люции, бесконтрольного привлечения в страну иностранного капитала, соглашательства с империалистическими кругами США и подрыва связей с Советским Союзом.

Соединенные Штаты активно использовали начавшуюся внутри- и внешнеполитическую переориентацию египетского режима для закрепления отхода Египта от социалистиче­ской ориентации и для реставрации там капитализма. Пра­вящие круги США предприняли форсированные меры по укреплению в стране американских позиций, вовлечению ее в экономическую «орбиту» Запада, изоляции от других арабских государств и окончательной ликвидации социаль­ных завоеваний египетского народа. Следует признать, что во второй половине 70-х годов Соединенным Штатам уда­лось достичь этих целей.

Политика ориентации режима Садата на США неизбежно привела его на путь сепаратных сделок с сионистской верхушкой Израиля, односторонних уступок Тель-Авиву и ущерб интересам еги­петского народа и общего дела арабов. Закономерным ито­гом капитулянтского курса египетского руководства стало подписание кэмп-дэвидских соглашений и сепаратного «мирного» договора с Израилем, носящего ярко выражен­ный антиарабский и неоколониалистский характер.

В конце 70-х годов правящим кругам США удалось взять определенный реванш за утрату своих позиций и влияния в Египте в период президента Насера.





Список использованных источников:

1.     А. Лялькина. Дни Садата. Зеркало недели. 13-19 октября 2001.

2.     Арабские страны. История и экономика. М., 1966.

3.     Беляев И. От Насера до Мубарака. // Азия и Африка. - 1990. - №7.

4.     Беляев И. П. Страницы недавнего прошлого Египта.//Вопросы истории, 1976, № 9.

5.     Беляев И. П., Примаков Е. М. Египет: время президента Насера. М., «Мысль», 1974,

6.     Блок Е.М. Египет в борьбе за национальную независимость. М., 1957.

7.     Богословский В.В. Политика США в Африке. М., 1964.

8.     Внешняя политика Сов. Союза и международные отношения 1967 год (сборник документов). М. 1968

9.     Внешняя политика стран Ближнего и Среднего Востока. М., 1984

10. Ефремов В. Египетско-американские отношения в 1970-80-х годах//международная жизнь.-1987№8

11. Захматов М. И., Курьеров В. Г. «Помощь» развивающимся стра­нам— орудие внешнеторговой экспансии СШАМ.,

12. Зубаренко И. В. Египет и США.//Записки исторического факультета. Одесса ОНУ.2001 №11

13. Князев А.Г. Внутриполитическое развитие Египта после Насера.//народы Азии и Африки 1984 №4.

14. Кошелев В.С, Египет: уроки истории. Борьба против колониального господства и контрреволюции (1879-1981)-М.1984

15. Кременюк В.А. Политика США в развивающихся странах. Проблемы конфликтных ситуаций. 1945-1946. М., 1977.

16. Медведко Л. И. К востоку и западу от Суэца. М., 1980

17. Международные отношения и внешняя политика 1945-70-е. К.,1999

18. Нагайчук В. И. Политика США в отношении Египта (50-60е). Киев, 1982

19. Насер Г. А. Проблемы египетской революции. Избранные речи и выступления 1952-1970 г.г. М., 1979

20. Новикова Г. Посредничество США в урегулировании арабо-изральского конфликта.//США:ЭПК-2000№9

21. Осипов А. И.Экономическая экспансия США в арабских странах, М., 1980.

22. Политика США на Арабском Востоке, М., Вост. лит., 1961.

23. Политика США в Азии. М., 1977

24. Примаков Е.М. Анатомия ближневосточного конфликта. М., 1978.

25. Примаков Е.М. История одного сговора. – М., 1985.

26. Протопопов А. С. Советский Союз и Суэцкий кризис 1956 года (июль - ноябрь). М., 1969, с. 59.

27. Развивающиеся страны в мировой политике. М., 1970

28. Суэцкий вопрос и империалистическая агрессия против Египта.М.,1983

29. Суэцкий капал. Сборник документов. Л., 1957

30. США: региональ­ные проблемы внешней политики США. М., 1971

31. Туганова О. Э. Международные отношения на Ближнем и Среднем Востоке. М., 1967

32. Туганова О. Э. Политика США и Англии на Ближнем и Среднем
Востоке. М., 1960


[1] Беляев И. П. США и Ближний Восток.— В кн.: США: региональ­ные проблемы внешней политики США. М., 1971, с. 144—181; Кислов А. К. Политика США на Ближнем Востоке.— В кн.: Политика США в Азии. М., 1977, с. 204—220; Медведко Л. И. К востоку и западу от Суэца. М., 1980; Примаков Е. М. Анатомия ближневосточного конф­ликта. М., 1978; Туганова О. Э. Международные отношения на Ближнем и Среднем Востоке. М., 1967; Туганова О. Э. Международные отношения на Ближнем и Среднем Востоке.— В кн.: Развивающиеся страны в ми-­
ровой политике. М., 1970, с. 124—155.


[2] Кременюк В. А. Политика США в разливающихся странах. Проб­лемы конфликтных ситуаций. 1945—1976. М., 1977; Примаков Е. М.Ближневосточный конфликт.— В кн.: Международные конфликты. М., 1972, с. 121—138.



[3] Политика США на Арабском Востоке. М., 1961, с. 44.

[4] Там же. С. 45

[5] Богословский В.В. Политика США в Африке. М., 1964, с. 139

[6] Нагайчук В. И. Политика США в отношении Египта (50-60е). Киев, 1982, с. 24-27.

[7] Политика США на Арабском Востоке, с. 55.

[8] Eisenhower D. D. The White House Years; Mandate for Change.

1953-1960. New York, 1963, с. 150. Цит. по: Нагайчук В. И. Политика США в отношении Египта (50-60е). Киев, 1982, с. 28

[9] Политика США на Арабском Востоке, с.47

[10] Политика США на Арабском Востоке, с. 52-53

[11] Протопопов А. С. Советский Союз и Суэцкий кризис 1956 года

(июль - ноябрь). М., 1969, с. 59.

[12] Нагайчук В. И. Политика США в отношении Египта (50-60е). Киев, 1982, с. 39


[13] Правда, 1956, 9 января

[14] Примаков Е.М. Анатомия Ближневосточного Конфликта., с. 204-206.


[15] Насер Г А. Проблемы египетской революции Избранные речи и выступления 1952—1970 гг М, 1979, с. 60


[16] Беляев И. От Насера до Мубарака.Азия и Африка №7 1990., с. 39.

[17] Нагайчук В. И. Политика США в отношении Египта (50-60е). с.36.


[18]Цит. по Аш-Шифии Ш.А. Развитее национально-освободителъного движения в Египте (1882—1956). M, 1961, с. 183

[19] Суэцкий капал. Сборник документов. Л., 1957, с. 114—115.


[20] «Правда», 6 ноября 1956г.

[21] «Правда», 13 февраля 1957.

[22] «Правда», 21 апреля 1957г.

[23] Суэцкий вопрос и империалистическая агрессия против Египта. с. 20

[24] Нагайчук В. И. Политика США в отношении Египта (50-60е)., с 92

[25] Захматов М. И., Курьеров В. Г. «Помощь» развииающимся стра­нам— орудие внешнеторговой экспансии США., с. 28.


[26] Актуальные проблемы мировой политики. М, 1974, с 182.


[27] А. Лялькина. Дни Садата. Зеркало недели. 13-19 октября 2001.

[28] См. А, И Осипов. Экономическая экспансия США а араб­ских странах М, 1980. с. 118.




Наш опрос
Как Вы оцениваете работу нашего сайта?
Отлично
Не помог
Реклама
 
Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции сайта
Перепечатка материалов без ссылки на наш сайт запрещена