Нэпманы Сибири в 1920-е гг.

Нэпманы Сибири в 1920-е гг.

Управление образования Администрации Центрального района

Муниципальное общеобразовательное учреждение

Экономический лицей

Реферат по теме:

«Нэпманы Сибири в 1920-е гг.»

Новосибирск-2007

Введение

нэпман ценность дореволюционный предприниматель

Актуальность темы. Исследование социальной структуры советского общества привлекает в последние годы все большее внимание историков, социологов и политологов. Это связано с тем, что история социальной структуры советского общества изучена значительно слабее, нежели экономическая и политическая история СССР. Одной из наименее изученных групп советского общества являются частные предприниматели 1920-х гг. – нэпманы. Эта социальная группа существовала достаточно короткий период, но оставила яркий след в истории, экономики и даже культурной жизни страны. В связи с усилением внимания к региональным аспектам истории России, исследование сибирских частных предпринимателей периода нэпа представляет значительный интерес.

Обзор литературы. Тема нэпманов в советские годы изучалась эпизодически, ученые в основном исследовали социальную структуру и особенности предпринимательской деятельности, методы работы нэпманов, их взаимоотношения с государством. В частности, в работе В.А. Архипова и Л.Ф. Морозова «Борьба против капиталистических элементов в промышленности и торговле. 1920-е – начало 1930-х гг.» обстоятельно изучены государственная политика по отношению к частному капиталу, правовое положение частных предпринимателей, отраслевая структура, масштабы и динамика развития частной промышленности и торговли. Лишь в 1990-е гг. начинается новый этап в изучении группы нэпманов. Ряд российских и сибирских исследователей обратились к темам, ранее не рассматривавшихся в литературе. Так, Е.В. Демчик в работе «Частный капитал в городах Сибири в 1920-е годы: от возрождения к ликвидации» исследует взаимоотношения нэпманов с государством, формы их самоорганизации, динамику частного капитала Сибири. Монография содержит много информации об отраслевой структуре частного капитала и методах предпринимательской деятельности. На ее основании автор приходит к заключению, что частное предпринимательство играло значительную роль в экономической жизни региона. Частный капитал оказывал положительное влияние на возрождение и развитие хозяйства и был гораздо эффективнее государственного и кооперативного. С.В. Шейхетов – новосибирский исследователь в цикле публикаций о нэпманах изучил численный и социальный состав группы нэпманов, условия предпринимательской деятельности в Сибири, впервые обратил внимание на проблему самосознания, систему ценностей предпринимателей 1920-х гг. В целом, в научной литературе доминируют исследования по экономической истории нэпманов, нам бы хотелось, в первую очередь обратить внимание на интереснейшие страницы, связанные с формированием ценностей у предпринимателей 1920-х гг.

Цель работы – проанализировать процессы формирования и развития социальной группы нэпманов в Сибири в 1920-е гг.

Для реализации названной цели необходимо решить следующие задачи:

1. Изучить численный и социальный состав нэпманов в Сибири в 1920-е гг. на основе литературы и статистических справочников.

2. Исследовать систему ценностей предпринимателей 1920-х гг. в Сибири на основе литературы, архивных данных, газет и журналов 1920-х гг.

В качестве источников реферата нами использовались как опубликованные, так и неопубликованные. Среди опубликованных:

- статистические справочники (Сибирский край, Статистика Сибири, Финансы и народное хозяйство Сибирского края), находящихся в НГОНБ;

- периодические издания (газеты «Советская Сибирь» и «Экономическая жизнь Сибири» за 1921 – 1930 гг.), находящихся в ГАНО и некоторые журналы «Вестник финансов» и «Жизнь Сибири».

Из неопубликованных источников использовались архивные дела из четырех фондов Государственного архива Новосибирской области (ГАНО) – фонд Запсибкрайсовнархоза; Сибирского краевого управления фонд Наркомвнуторга РСФСР; фонд Новосибирской областной конторы Госбанка СССР, фонд Сибирского областного промышленного бюро ВСНХ.

Глава 1. Численность и социальный состав нэпманов в Сибири

 

1.1 Численность нэпманов в Сибири

Для того, чтобы определить численность нэпманов необходимо сначала очертить границы этой социальной группы. Сделать это непросто, потому что даже в 20-е годы не существовало единого мнения по вопросу, кто же все-таки входит в состав данной группы. Так, статистические органы 20-х годов относили к нэпманам всех граждан, владевших частными предприятиями: промышленными или торговыми. Ключевым словом при определении нэпмана было слово "хозяин", а основной отличительной чертой частного предпринимателя – владение собственностью. Существуют различные толкования понятия «собственность на средства производства». Так вот согласно этой трактовке, нэпманом являлся даже мелкий торговец, вся собственность которого состояла из лотка для торговли в разнос. В соответствии с данными всеобщих переписей населения в Сибири было 84322 нэпмана в 1923 году и 119682 в 1926 году.[1] Очевидно, что такой подход к определению социальной группы нэпманов был продиктован идеологией и не соответствовал реальности.

В социальной группе нэпманов статистики того времени обычно выделяли пять слоев: хозяева с наемными рабочими; хозяева с помогающими членами семьи; хозяева-одиночки; помогающие члены семьи и рантьеры. Это деление было достаточно условным и не отражало реальную структуру социальной группы нэпманов. Дело в том, что наличие или отсутствие наемной рабочей силы оказывало лишь косвенное влияние на размеры и характер предприятия. Часто случалось, что хозяева-одиночки работали с большим размахом и имели большие обороты, нежели предприниматели, эксплуатировавшие наемный труд.

Несмотря на порочность данного подхода к определению численности и структуры социальной группы нэпманов, он прочно укоренился в отечественной историографии. Даже современные исследователи частного предпринимательства в основном придерживаются этого же метода, правда, с некоторыми оговорками. По мнению барнаульского историка Е. Демчик, к нэпманам можно отнести только "хозяев с наемными рабочими", "рантьеров" и частично, "хозяев с помогающими членами семьи". Тогда получается, что численность сибирских нэпманов была существенно меньше: около 18 тыс. человек в 1923 году и примерно 22 тыс. человек в 1926 году.[2]

Московская исследовательница В. Жиромская считала, что нэпманами являлись только хозяева с наемными рабочими. По ее подсчетам, численность данной социальной группы в Сибири равнялась 2556 человек в 1923 году и 3437 – в 1926 году. [3]

Обе исследовательницы выделяли следующие слои внутри социальной группы нэпманов: фабриканты и заводчики; хозяева ремесленных заведений; подрядчики строительных работ; извозопромышленники; хозяева заведений трактирного промысла; хозяева торговых заведений; хозяева учебных заведений, издатели; хозяева увеселительных заведений и театров; сельские хозяева.

Профессиональная принадлежность является более адекватным критерием, нежели количество наемных рабочих. Между предпринимателями, занимавшимися одним делом, действительно было много общего. Однако и профессиональное деление нэпманов не отражает, на наш взгляд, реальной структуры данной социальной группы. Так как советский частник мог одновременно быть и организатором промышленного производства, и оптовым торговцем, и владельцем ресторана или доходного дома. Кроме того, нэпманы постоянно меняли свои занятия. Следовательно, более или менее устойчивых слоев на основе профессионального деления сформироваться не могло.

С иных позиций к определению численности и структуры нэпманов подходили государственные органы. Основой для определения границ этой группы стало налоговое законодательство. Согласно закону о подоходном налоге от 12.11.1923 все налогоплательщики страны, проживающие в городах, были разделены на три категории: А, Б и В. В категорию В попали: владельцы, совладельцы, арендаторы, пайщики и вкладчики торговых и промышленных предприятий; лица, занимающиеся комиссионными, маклерскими, экспедиторскими, кредитными и биржевыми операциями; владельцы строений; лица, получающие доход от денежных капиталов, процентных и дивидендных бумаг; а также, все прочие граждане, получающие доходы от владения имуществом или предпринимательской деятельности.[4] Последнее замечание позволяло трактовать закон расширительно. Поэтому, на практике в категорию В попадали не только владельцы частных предприятий, но и многие служащие.

Люди, записанные в категорию В, платили более высокие налоги и коммунальные платежи, они лишались права проживания в муниципальных домах, права на социальное обеспечение, права на бесплатное образование и т.д.

Внутри категории В была выделена группа лиц, получавшая высокий доход. Высокими считались доходы от 300 до 500 рублей в зависимости от налогового пояса. Сибирские города Иркутск, Красноярск, Новониколаевск, Омск и Томск входили во второй пояс. Здесь в группу лиц с высоким доходом входили налогоплательщики из категории В, получавшие свыше 450 рублей в год. В Барнауле и Бийске для отнесения к данной группе достаточно было получать 400 рублей в год.[5] Государственная политика по отношению к этим людям была еще более сурова, их лишали гражданских прав.

24.09.1926 вышел новый закон, согласно которому в категории В оставались только предприниматели, получающие высокий доход. При этом нижний предел доходов, считающихся высокими, был поднят до 700 рублей в год.[6]

Итак, закон включал в социальную группу нэпманов лиц, занимавшихся определенными видами профессиональной деятельности и владевшими определенным имуществом. Закон четко определял право и обязанности данной социальной группы.

Следовательно, социальную группу нэпманов можно определить, как солидарную совокупность лиц, связанных между собой тройной связью: профессиональной, имущественной и объемно-правовой.

Любая социальная группа имеет свою внутреннюю структуру: "ядро" и периферию с постепенным ослаблением по мере удаления от ядра сущностных свойств, по которым атрибутируется данная группа, по которым она отделяется от других групп. Закон совершенно четко разграничивал "ядро" и периферию социальной группы нэпманов. Критерием для такого разграничения служил совокупный годовой доход.

Определение границ социальной группы нэпманов, принятое в законодательстве, по нашему мнению, гораздо более соответствует действительности. Государственные органы прагматично подходили к вопросам социальной политики. Они руководствовались реальным положением вещей. Поэтому, при изучении нэпманов, целесообразно воспользоваться именно этим определением.

Численность периферии нэпманов невозможно определить даже приблизительно. Источники позволяют утверждать, что она была чрезвычайно велика. Помимо людей, входивших до 1926 года в категорию В, в нее входили кустари, ремесленники, мелкие торговцы, лица свободных профессий, а также многие представители рабочего класса, крестьянства и бюрократии, так или иначе связанные с предпринимательской деятельностью.

По-видимому, численность периферии оставалась стабильной на протяжении всех 20-х годов и даже позднее. Мелкие предприниматели существовали на всем протяжении советского периода нашей истории.

В отличие от периферии, численность ядра социальной группы нэпманов можно определить довольно точно. Для этого воспользуемся той же методикой, что и налоговые органы.

Таблица 1 - Численность ядра социальной группы нэпманов [7]

1 полуг. 1923-24 г.	1 полуг. 1924-25 г.	2 полуг.  1924-25 г.	1 полуг. 1925-26 г.	2 полуг 1925-26 г	1 полуг. 1926-27 г.
10570*	13969	7926	8739	10691	9827

* Число нэпманов за этот год дано приблизительно

Удельный вес нэпманов в составе городского населения Сибири никогда не превышал 7% и на протяжении 20-х годов сокращался. Между тем, влияние, которое частные предприниматели оказывали не только на горожан, но на общество в целом, было огромным. Нэпманы постоянно втягивали в орбиту предпринимательской деятельности членов других социальных групп.

Численность нэпманов зависела главным образом от государственной политики. Снятие запрета с предпринимательской деятельности в 1921 году привело к росту этой социальной группы. Стабильное увеличение численности нэпманов продолжалось до второй половины 1924 года. В связи с тем, что в 1924 году началась первая кампания по вытеснению частного капитала из экономики, число предпринимателей снизилось. В 1925 году государственная политика вновь изменилась. Наступление на частников временно прекратилось. Вновь начался рост социальной группы нэпманов, однако она так и не достигла прежних размеров.

Таблица 2 - Численность нэпманов в различных губерниях Сибири в 1923 г.

Губернии	По губгороду		По уездам		По губернии
	Чел.	Проц.	Чел.	Проц.	Чел.	Проц.
Омская	2075	25	1977	20,5	4052	22,5
Алтайская	1276	15,5	1680	17	2956	16,5
Н.-николаевск.	907	11	1198	12	2105	12
Томская	1544	19	1078	11	622	14,5
Енисейская	809	10	2565	26,5	3374	19
Иркутская	1635	19,5	1145	13	2780	15,5
По Сибири	8246	100	9643	100	17889	100

Нэпманы проживали на территории Сибирского края очень неравномерно. Больше всего нэпманов было в Омской губернии. На втором месте находилась Енисейская губерния. Затем шли Алтайская, Иркутская, Томская и на последнем месте, Новониколаевская губернии.

Самым "нэпманским" городом являлся опять же таки Омск. А вот второе место занимал Иркутск. Административный центр Енисейской губернии город Красноярск стоял на последнем месте среди губернских городов Сибири по числу нэпманов. А Енисейская губерния занимала второе место благодаря своим уездным городам. Третьим по количеству нэпманов был Томск.

Число нэпманов в составе населения того или иного города можно определить лишь с достаточной степенью условности. Нэпманы были подвижной группой населения, часто меняли место жительство. Крупные предприниматели имели дома в нескольких городах и постоянно переезжали.

Ядро социальной группы нэпманов не было однородным по своему составу. Рассмотрим же, как классифицирует такой авторитетный источник, как ОГПУ, состав нэпманов. ОГПУ выделяет в составе нэпманов две группы: "верхушку" и "низы". Они отличались друг от друга по составу, происхождению, образованию, образу жизни, взглядам и т. д. Между "верхушкой" и "низами" существовала сильная неприязнь. [9]

Неизвестный автор "Советской Сибири" выделял не две, а три группы. Он писал в 1924 году: «Наши буржуа разделяются на три класса: нэпман – акула, нэпман – середнячек и нэпман – "хипесник". Нэпман – акула – разновидность, сравнительно слабее, чем другие, встречающаяся в Сибири. И если бы не гостеприимное крылышко наших торгов, то о ней не было бы и речи.

Нэпман – "хипесник" интересует скорее агентов уголовного розыска, нежели сибирскую экономику.

Зато нэпман – середнячок довольно-таки сильно укрепился на позициях сибирского торгового капитала. Он раскинул свои лавочки по всем деревням и сёлам необъятной Сибири.

В нашей отечественной буржуазии заметна классовая борьба. ...Нэпман – середнячок не особенно долюбливает губфинотделы (ох уж эти налоги), но с неизмеримо большей ненавистью относится он к "нэповским аристократам", урывающим у него львиную долю доходов. Поэтому, нэпман – середнячок не прочь помочь власти поприжать нэпмана – акулу». [10].

Такое трехчленное деление соответствует реальной структуре данной социальной группы. По свидетельству современников "нэпманы-акулы", "нэпманы-середняки" и "нэпманы-хипесники" существенно отличались друг от друга. Поэтому, их необходимо описывать по отдельности.

Слой "нэпманов-акул" действительно был очень мал. По данным налоговых органов количество нэпманов с годовым доходом свыше 10 тыс. руб. в 1926 году составляло по Сибири всего 758 человек.[11] Крупные предприниматели проживали, как правило, в губернских центрах.

К сожалению, источники не позволяют проследить динамику изменения численности этого слоя. Однако можно предположить, что количество "нэпманов-акул" постепенно сокращалось. Просто "нэпманы-акулы" уходили с легального рынка по мере того, как возрастал нажим на частный капитал со стороны государства.

Несоизмеримо большим по численности являлся слой нэпманов-середняков. К этому слою относились предприниматели с годовым доходом от 2000 до 10000 рублей. Таковых в Сибири с 1926 году насчитывалось 6183.[12] Представители этого слоя проживали не только в административных центрах, но и в уездных и заштатных городах. Количество "нэпманов-середняков" постепенно сокращалась. Медленнее, чем крупные предприниматели, нэпманы-середняки тоже уходили с легального рынка.

"Нэпманы-акулы" и "нэпманы-середняки" пополняли третий слой – "нэпманов-хипесников". Предпринимателей, связанных с уголовным миром, много было в крупных городах. Они также концентрировались вдоль советско-монгольской и советско-китайской границы, где процветала контрабандная торговля. Немало "нэпманов-хипесников" проживало на золотых приисках.

Численность этого слоя определить не представляется возможным. Однако все источники единодушны в том, что количество предпринимателей, работающих на черном рынке, постоянно росло. Рост этого слоя стимулировала государственная политика. Чем сильнее сужалась сфера легальной предпринимательской деятельности, тем шире становился черный рынок.

Динамика численности нэпманов является важной, но не единственной характеристикой. Поэтому описание данной социальной группы должно быть дополнено анализом происхождения и состава частных предпринимателей.

 

1.2 Состав социальной группы нэпманов

Происхождение той или иной социальной группы, в том числе и нэпманов, является важной и сложной проблемой. Сложность ее решения заключается в том, что необходимо подробно рассмотреть социальный, национальный, половой и возрастной состав каждого из слоев, выяснить пути социальной мобильности нэпманов, а также другие, связанные с этим характеристики. В источниках по истории нэпманов эти стороны их жизни отражены слабо, имеют фрагментарный характер.

Совсем немного можно сказать о происхождении и составе верхушки нэпманов. "Нэпманы-акулы" так же как и крупные предприниматели в любой другой стране во все времена, предпочитали находиться в тени. Определенной информацией о нэпманской верхушке обладали только правоохранительные органы. Сотрудники ОГПУ считали, что этот слой в основном состоит из бывших промышленников и купцов.[13] В него входили люди, известные в коммерческом мире еще дореволюционной Сибири, люди, искушенные в предпринимательской деятельности, получившие хорошее образование, сохранившие связи в деловом мире России и, даже, за рубежом. Они быстро освоились с окружающей обстановкой, учли все возможности, которые она дает, установили связи с госорганами.

Некоторые сведения, характеризующие нэпманскую верхушку, становились достоянием гласности только благодаря судебным процессам. Так, например, в середине 20-х годов на всю Сибирь прогремело дело, так называемой "инициативной группы". Члены этой группы, крупные предприниматели, проектировали создание акционерного общества для разработки золотоносных площадей в Енисейской тайге. Они хотели привлечь как отечественный капитал, так и иностранный. За контакты с иностранцами и "продажу" информации о полезных ископаемых Сибири их и судили. Ниже приводятся краткие сведения о каждом из участников дела "инициативной группы", дающие некоторое представление о верхушке нэпманов.

В ГАНО Ф.918, Оп.1, Д.178 сохранились отчеты ОГПУ, в которых имеются материалы личных дел предпринимателей.

Рассмотрим некоторые из них.

Марков. Родился в Екатеринбурге, в мещанской семье. Окончил петербургский горный институт. До революции занимал ряд государственных должностей, но работа не удовлетворяла материально. Поэтому занялся организацией частной золотопромышленности.

Савельев. По профессии инженер, окончил за границей горную академию. До 1917 года работал в горной разведке.

Гадалов. Отпрыск известной в Сибири купеческой фамилии. Бывший судовладелец, домовладелец и золотопромышленник. Состоял акционером во многих акционерных обществах.

Зотов. Бывший владелец крупной кузнечной мастерской.

Метт. В прошлом входил в купеческое сословие. Получил высшее образование. Работал на разных государственных должностях. Являлся акционером различных предприятий, причем в одном предприятии имел долю 300.000 рублей. Примыкал к партии социалистов-революционеров, до революции даже был в ссылке.

Иорданский. Родился в городе Канске. Получил медицинское образование. Работал на золотых приисках. До революции привлекался за социал-революционную пропаганду.[14]

Одним из "тузов" делового мира Новониколаевска был Самуил Давидович Шегал. Он родился в 1866 году в городе Сурож Витебской губернии в семье мещанина. По национальности – еврей. Получил среднее образование. В 1907 году Шегал переехал в Сибирь. До революции он вел крупную торговлю, являлся совладельцем Южно-Алтайской мукомольной компании, имел доходные дома.

После гражданской войны Шегал некоторое время проработал в государственных учреждениях, а в 1923 году открыл магазин оптических принадлежностей. Кроме этого, он занимался валютными операциями, сдавал квартиры внаем и входил в правление Новосибирского общества взаимного кредита. После окончания НЭПа Шегал, несмотря на свой преклонный возраст, нашел свое место в изменившемся мире. Он устроился товароведом в отдел снабжения завода "Электросталь".

Не все представители нэпманской верхушки в прошлом были предпринимателями. Среди "нэпманов-акул" имелись и выскочки. Например, крупнейший торговец и финансист Сибири Мамычев Василий Павлович (капиталы которого можно встретить почти в любой частной торговле Новосибирска, а зачастую и в иногородней) родился в крестьянской семье в Воронежской губернии. Он получил среднее образование. Во время революции перебрался в Сибирь.

В 1921 году сразу же после введения НЭПа Мамычев арендует у новониколаевского губсовнархоза кожевенный завод. Дела у него сразу пошли в гору. Мамычев удачно вкладывал деньги в процветающие частные фирмы по всей Сибири. Так, например, в галантерейно-меховом деле братьев Самойловых у него было 50.000 рублей. В крупнейшей в Сибири частной торговой фирме "Унион" Завольского и Гильверика ему принадлежал пай в размере 5.000 рублей. Мамычев вместе с Исаковичем организовал в Новониколаевске махорочную фабрику. Он также являлся заметной фигурой на черном рынке, торговал валютой, занимался ростовщичеством.

В 1926 году Мамычева арестовали за валютные операции и выслали на три года на Урал. В 1927 году он освободился по амнистии. В то время, как многие его коллеги еще питали иллюзии в отношении "нового нэпа", Мамычев сообразил, что время частных предпринимателей уходит безвозвратно. Поэтому он решил порвать со своей прошлой жизнью. Мамычев поступил в томский музыкальный техникум и стал оперным певцом. В 30-е годы он успешно работал на этом поприще, а кроме того, активно занимался общественной работой.

Другой крупный сибирский предприниматель Поррес Мартош Александрович так же не имел до революции собственного дела. Родился Поррес в 1881 году в Лифляндской губернии в семье эстонского крестьянина. Он получил только начальное образование. Работал пастухом, батраком, кондуктором на железной дороге. В 1903 году поступил торговым агентом в фирму "Зингер и К", по требованию фирмы переехал в Сибирь.

Во время гражданской войны Поррес был призван в Красную Армию, но устроился там совсем не плохо, служил в должности делопроизводителя. В 1922 году он совместно с Шеиным и Никулиным и еще 5 более мелкими предпринимателями основал фирму "Оборот". Помимо легальной деятельности Поррес решил заработать на скупке и продаже золота. Это его и погубило. В 1926 году он был арестован ОГПУ и сослан.

Мартош Поррес так же как и Мамычев сообразил, что частное предпринимательство становится слишком ненадежным занятием. В ссылке он выучился на маляра и поступил на работу на государственное предприятие. В 30-е годы Поррес стал ударником труда и активным общественником.

Если о нэпманской верхушке мы располагаем лишь отрывочными сведениями, то о нэпманах середняках сохранилась достаточно полная информация, что позволяет воспользоваться статистическими методами исследования. Нами были обработаны 100 личных дел, сохранившихся в Государственном архиве новосибирской области. Эти дела появились в начале 30-х годов, когда в горсоветы, Сибкрайисполком и ВЦИК потоком хлынули прошения бывших нэпманов о восстановлении их в гражданских правах. К делу, как правило, прилагалась анкета просителя, его автобиография и справки из налоговой инспекции. К анкетам и, особенно, автобиографиям необходимо подходить критически, т. к. нэпманы всегда старались преувеличить свою лояльность советской власти. Однако в целом, личные дела – это исключительно ценный и информативный источник.

Выборка, на основе которой было проведено исследование, составляет 100 человек. Всего в Новониколаевске в 1924 году проживало 907 нэпманов.[15] Таким образом, объем выборки составляет 12% от генеральной совокупности.

Существенным недостатком нашей выборки является то, что она охватывает только новосибирских нэпманов. Вероятно, предприниматели в старых торгово-промышленных центрах Сибири, таких как Томск и Иркутск несколько отличались по своему составу. Но, за неимением лучшей выборки, придется довольствоваться этой.

При изучении личных дел сразу обращает на себя внимание то обстоятельство, что среди предпринимателей очень мало было коренных жителей: 16,5% предпринимателей приехало с Урала и из северных губерний России, 24% из Центральной России, 16% из Белоруссии и Украины, 24% из Поволжья, несколько человек с Кавказа, 1 из Венгрии и 1 из Польши. Только 16,5% нэпманов родилось в Сибири, и всего лишь один человек был коренным новосибирцем.

53% частных предпринимателей переехало в Сибирь до революции. 39% попали за Урал во время гражданской войны вместе с Колчаковской и Красной армиями. И только 8% оказались в Сибири в 20-е годы. В высоком уровне мобильности нэпманов не было ничего удивительного. В 20-е годы все группы сибирского населения состояли в основном из переселенцев.

69% нэпманов происходило из крестьян, 24% из мещан, 6% из рабочих и один родился в казацкой семье. Почти 80% частных предпринимателей появились на свет в сельской местности и переехали в город уже в достаточно зрелом возрасте. Таким образом, лишь незначительная часть нэпманов по своему социальному происхождению была связана с предпринимательскими слоями населения. В данном случае сибирские нэпманы не являлись исключением. Практически все исследователи частного капитала20-х годов сходятся на том, что большинство нэпманов происходило из далеких от делового мира групп населения.[16]

В отличие от верхушки нэпманов, представители которой в подавляющем большинстве получили среднее, а то и высшее образование, нэпманы-середняки имели гораздо более скромный образовательный уровень. Лишь 10% получили среднее образование, 81% имели начальное или домашнее образование, а 9% вообще были неграмотными. Тем не менее, по уровню образования нэпманы превосходили другие группы населения. В 1926 году в составе всего городского населения Сибири было только 59,2% [17] грамотных людей, в то время как в составе нэпманов – 91%.

Среди сибирских нэпманов преобладали мужчины. Женщин было только 1/5 часть. Причем фактически женщин-предпринимателей было еще меньше. Дело в том, что довольно часто коммерческое предприятие формально записывалось на имя жены, а всеми делами занимался муж

Национальный состав нэпманов был довольно пестрым. Преобладали русские – 78%. На втором месте находились евреи – 14%. Затем шли татары, белорусы, украинцы, 1 армянин и 1 венгр. Национальный состав сибирских нэпманов практически идентичен национальному составу дореволюционных предпринимателей. Социальные потрясения никак не повлияли на него.[18]

Интересно, что нэпманы еврейской национальности отличались от своих русских коллег. Почти все они имели среднее образование, солидный опыт в коммерции, организовывали более крупные предприятия и более успешно вели дела, поддерживали