История экономики России XX века. 1900 – 1917 годы

История экономики России XX века. 1900 – 1917 годы

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ "СТАНКИН"

Е.К. ЯБЛОНСКИХ

ИСТОРИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ

XX ВЕКА

1900 – 1917 годы

КОНСПЕКТ ЛЕКЦИЙ

МОСКВА 2003

ББК ВКБ / 075 : 378

Я 14

Рецензент: к.и.н. Ю.А. Синельников (Московская государственная академия печати)

Я 14  Яблонских Е.К.

История экономики России XX века (1900 – 1917 гг.) : Конспект лекций. – М.: МГТУ "Станкин", 2003. – 45 с.

Конспект лекций по учебному курсу "История экономики и экономических учений" предназначен для самостоятельной домашней и аудиторной работы студентов экономического факультета Московского государственного технологического университета "Станкин".

Библ. 12 назв.

©   МГТУ "Станкин", 2003

ВВЕДЕНИЕ

XX век в экономическом плане начинался для России, казалось бы, неплохо. Промышленный подъем 1893-1902 гг., экономические реформы С.Ю. Витте, которые не только обеспечили стабильность финансовой системы, но и способствовали притоку отечественных и импортных инвестиций в различные секторы экономики, - все это свидетельствовало о реальных успехах в развитии хозяйства империи.

Важно было и то, что приток значительной части иностранного капитала шел в виде прямых инвестиций, а не займов. Все это вместе взятое обеспечивало довольно высокие и стабильные темпы развития промышленности в целом и, прежде всего, крупной промышленности. Промышленный подъем 1893-1902 гг. характеризовался быстрой концентрацией рабочей силы и производства. В отличие от Европы Россия в считанные годы проскочила период, когда основу промышленности составляли мелкие и средние предприятия.

Используя опыт передовых государств, наша страна практически сразу же после промышленного переворота 60-80 гг. XIX века вступила в стадию, когда в индустриальном секторе экономики основным видом производства стали крупные, оснащенные по последнему слову тогдашней техники предприятия, на которых трудились тысячи рабочих.

Положительные изменения происходили и внутри самого индустриального сектора. Если в 1870 г. удельный вес изделий обрабатывающей промышленности России составлял 3,7 % в мировом объеме этой отрасли, то в 1896-1900 гг. он увеличился до 5%.

Бурно развивалась транспортная система империи и, прежде всего, железнодорожная сеть, что, учитывая огромную территорию страны, было крайне важно для развития экономики. Только за первые четыре года XX века (1900-1903 гг.), несмотря на начинающийся промышленный кризис, было построено 7822 версты железнодорожных путей. Из них 5788 верст (73,9%) было проложено в Европейской части страны, а 1552 версты (19,8%) - в Сибири. В среднем в год, таким образом, сдавалось в эксплуатацию почти 2 тысячи верст путей. Однако, несмотря на впечатляющие темпы железнодорожного строительства, плотность сети железных дорог была незначительна и не отвечала экономическим потребностям империи.

Динамично развивалась банковская система и сеть сберегательных касс, где аккумулировались значительные средства, так необходимые для экономики. Это также вело и к укреплению кредитно-финансовой системы в целом.

Такое относительно успешное развитие промышленности, железнодорожного транспорта и банковского дела, высокий уровень концентрации производства и рабочей силы, - все это вело к образованию монополистических объединений.

Первые монополии в виде синдикатов возникли в России еще в 70-80 гг. XIX века. Так, в 1882 г. образовался «Союз рельсовых фабрикантов», в 1884 г. – «Союз фабрикантов рельсовых скреплений», в 1887 г. – синдикат мирового уровня – «Союз русских сахарозаводчиков» и т.д.

В самом конце XIX века явственно проявляются первые признаки сращивания промышленного капитала с банковским капиталом. Известно, что один из крупнейших российских предпринимателей А.И. Путилов был не только владельцем известных машиностроительных заводов, но и директором, а фактически хозяином одного из крупнейших коммерческих банков страны – Русско-Азиатского.

К началу XX века монополии становятся одной из основ всей хозяйственной жизни страны. Так, пять нефтяных фирм сконцентрировали в своих руках 44,1% добычи нефти, синдикат «Продамет» -60% всего внутрироссийского рынка черных металлов и т.д.

На первый взгляд, неплохо обстояли дела и в сельскохозяйственном секторе экономики. Постоянно нарастали объемы валового сбора зерна. Например, за последние пять лет XIX века, по данным о пятидесяти европейских губерниях, сбор зерна вырос с 2681 млн. пудов до 3024 млн. пудов. Это позволяло наращивать объемы хлебного экспорта, что, наряду с другими мерами, помогало не только ликвидировать дефицит государственного бюджета, но и давало средства для инвестиций в промышленность.

Продолжали развиваться как внешняя, так и внутренняя торговля при сохранении положительного торгового сальдо. Экспорт в 1900 г. составил в общей сложности 716218000 рублей, а импорт – 626375000 рублей.

В структуре экспорта по-прежнему преобладала сельскохозяйственная продукция. Только продуктов питания (хлеб, растительное и сливочное масло, сало и др.) в 1900 г. было вывезено на сумму 403964000 рублей, что составило 56,4% стоимости всего экспорта. Если к этому прибавить сельскохозяйственную продукцию, которая является сырьем для промышленности и продукцию пищевой промышленности России (сахар), то удельный вес сельского хозяйства в экспорте составил 83,5%.

Основными статьями импорта были машины и оборудование для промышленности и сельского хозяйства. Эти статьи импорта распределялись следующим образом: продукция машиностроения и химической промышленности – 16,04%, текстильная, хлопчатобумажная и шелковая промышленности – 2,8%, металлургическая, угольная и торфяная – 12,7%, сельскохозяйственное сырье для промышленности – 19,8%, сельскохозяйственные продукты (вина, фрукты, табак и т.д.) – 16,02%…

Внутренний товарооборот за пореформенные годы также рос достаточно быстро. С 1873 по 1900 гг. – он увеличился более чем в 4,5 раза, а к началу XX века равнялся примерно 12 млрд. рублей.

Совершенствовались формы торговли. Ярмарки постепенно отходят в прошлое. Как форма оптовой торговли они сохранялись лишь в отсталых регионах. В 1904 г. в России насчитывалось 18 тыс. ярмарок с общим привозом на них товара на 1,1 млрд. рублей, т.е. примерно 1/12 часть всего внутреннего оборота.

Опережающими темпами развивались наиболее современные организационные формы торговли. Для розничной торговли характерной формой стали крупные торговые фирмы с развитой сетью стационарных магазинов. Для оптовой – специализированные торговые биржи. Однако они не стали еще превалирующими формами торговли.

Возрастала грамотность населения, что было крайне важно для развивающейся экономики, которая требовала грамотных квалифицированных людей. По данным переписи 1897 г. уровень грамотности составил 28,4%. За последние 40 лет XIX века в 10 раз увеличилось число лиц с высшим образованием.

Казалось бы, российская экономика получила все возможности для успешного рывка с тем, чтобы выйти на передовые рубежи. Однако не все было так гладко.

Наряду с развитием наиболее передовых форм хозяйственной деятельности и быстрым ростом экономики в целом, в хозяйственной жизни империи по-прежнему сохранялись многочисленные феодальные или полуфеодальные пережитки. Более того, многие факторы, которые сдерживали развитие экономики, не устранялись, а часто накапливались и даже усиливались. Это вело к росту диспропорций как между отдельными районами так и отраслями, а все вместе взятое делало экономический рост неустойчивым.

Прежде всего, это касалось аграрного сектора. Казалось бы, внешне все было нормально. По данным о 50-ти европейских губерниях, валовой сбор зерна вырос за первые 4 года XX века на 257 млн. пудов. Однако это была лишь видимая часть айсберга.

В российской деревне быстро набирали силу негативные процессы. Сельское население по данным переписи составляло 87,2% от общего числа жителей Российской империи. Собственно крестьяне составляли 77,1%. Несмотря на сохранение общины, крестьянство не было однородной массой. Быстро шла дифференциация крестьянских хозяйств. Лишь около 20% из них были достаточно крепкими, ориентированными на работу на рынок, 50% крестьян были бедняками или батраками. Они владели всего 30% надельной земли.

В течение всей второй половины XIX века нарастало крестьянское малоземелье. К 1900 г. среднедушевой крестьянский надел по сравнению с 60-ми годами XIX века сократился почти в 2 раза и составлял в среднем на одну ревизскую душу 2,6 десятины. Растущее обезземеливание крестьян вело к деградации большинства хозяйств и обрекало эту отрасль на медленное и болезненное развитие.

Кроме того, покупательная способность большей части крестьян, а следовательно, большинства населения страны была не только крайне низкой, но и продолжала падать. Это резко сужало возможности внутреннего рынка, что отнюдь не стимулировало развитие промышленности и торговли.

Городское население к началу XX века, по переписи, составляло всего лишь 12,8%. Индустриальные же рабочие (т.е. потомственные рабочие высшей и средней квалификации) насчитывали всего чуть более 1% населения империи. Основную же массу работающих на заводах, фабриках, в мастерских и на промыслах (более 60% от всех работающих там) составляли отходники или сезонники, имевшие свой надел в деревне, которые даже по паспорту числились крестьянами. Это естественно отрицательно сказывалось на многих качественных показателях развития промышленного сектора.

По-прежнему ощущалась нехватка не только квалифицированных рабочих, но и инженерных кадров. Большинство из 200 тыс. имевших высшее образование, обучалось на гуманитарных факультетах.

Таким образом, подводя общие итоги состояния экономики России к началу XX века, мы получаем следующую картину.

С одной стороны, мы можем наблюдать быстрое развитие промышленного и банковского секторов, бурный рост железнодорожного транспорта. Все это сопровождается и дополняется не менее быстрым процессом монополизации. Российская промышленность и банковская сфера после промышленного переворота фактически не прошли периода свободной конкуренции, а с самого начала проявили тенденцию к монополизации. В этом заключалась одна из особенностей хозяйственного развития страны.

Другой специфической чертой развития экономики было сохранение большого государственного сектора практически во всех отраслях, который в общей сложности составлял около 40% от всего потенциала. Казне принадлежало 40% хозяйственных земель, 60% лесных массивов, большое количество (всего около 25%) крупнейших промышленных предприятий. Последние были фактически выведены из сферы товарно-денежных отношений. Кроме того, государство как крупнейший собственник не могло не оказывать своего влияния на ход экономических процессов. Следовательно, возрастало значение субъективного фактора – правительственной экономической политики.

Наряду с быстро развивающимися секторами экономики в России сохранялось медленно реформируемое сельское хозяйство, которое было окутано полуфеодальными пережитками и оказывало тормозящее воздействие на другие отрасли хозяйства.

Сочетание высокой степени концентрации производства, капитала и рабочей силы, с серьезным государственным воздействием на экономику, а также с медленно развивающимся сельским хозяйством, - все это противоречило классической (западной) схеме развития рыночной экономики, придавало специфические черты русской экономике, где наряду с сохраняющимися полуфеодальными пережитками развивались самые современные формы организации производства и капитала.

Такая ситуация, усугубляющаяся несбалансированностью темпов развития отдельных секторов хозяйства и районов страны, ставила перед российской экономикой целый ряд сложных проблем, от успешного решения которых зависело дальнейшее развитие хозяйства страны.

Рассмотрим теперь, каковы же были основные тенденции экономического развития России в начале XX века, когда страна, с одной стороны, уже вступила в период монополистического капитализма, а с другой стороны, в ней все еще продолжали сохраняться многочисленные феодальные пережитки.

Развитие сельского хозяйства в начале XX века

Традиционно начнем рассматривать хозяйственную жизнь империи с сельского хозяйства - сектора экономики, где была занята большая часть населения страны.

Особенностью экономического развития России в начале XX века было сочетание довольно динамично развивающейся промышленности, транспортной и банковско-экономической системы с отсталой системой земледелия, которая сохранила многие полукрепостнические черты.

Это довольно ясно проявилось даже в формах землевладения. Так, по данным на 1905 год по 50 губерниям европейской части страны, где в хозяйственном обороте находилось 395 млн. десятин земли, в частном владении насчитывалось 101,7 (25,8%) млн. десятин. Надельными были 138,8 (35,1%) млн. десятин, а наконец, насчитывалось 154,7 (39,1%) млн. десятин казенных, удельных, церковных и монастырских земель. Как видно из приведенных данных, землевладение России в эпоху империализма в значительной степени оставалось крепостническим, хотя капитализм в сельском хозяйстве делал, безусловно, большие успехи.

Несмотря на то, что по-прежнему главным собственником земли оставалось дворянство, продолжались обозначившиеся еще в XIX веке такие процессы, как сокращение общей площади дворянского клина при концентрации земли у крупных помещиков, с имениями от 30 тыс. десятин и выше. В среднем, к началу XX века на каждое помещичье хозяйство приходилось 370 десятин.

Параллельно шел рост буржуазной частной собственности на землю. Например, в 1877 году дворяне владели 79,9% частной земли, тогда как купцы – 10,7%, а крестьяне – 6,3%. К 1905 году это соотношение заметно изменилось. Дворяне теперь владели 61,9% частной земли, купцы увеличили свой клин до 15%, а крестьяне – до 15,4% от общей площади частных земель. Сокращение помещичьего землевладения продолжалось и позже. Таким образом, хотя и медленно, но формирование буржуазной частной собственности на землю продолжалось.

Значительной частью хозяйственных земель по-прежнему оставались надельные земли, принадлежавшие крестьянским общинам, Напомним, что их площадь составляла 138,8 млн. десятин. В среднем на одно крестьянское хозяйство в начале XX века приходилось чуть больше шести десятин земли, тогда как по подсчетам специалистов для нормального существования семьи из 6 человек в черноземной полосе требовалось 8,5 десятин пашни, 1,5 десятины луга, 0,5 десятины огорода, т.е. не менее 10,5 десятин. Естественно, что в нечерноземной полосе эта потребность была выше. Однако уравнительность в землепользовании надельной землей давно ушла в прошлое. Какие же процессы можно было наблюдать в отношении этих земель?

Здесь также шел процесс концентрации земли в руках зажиточной части крестьянства. Особенность его состояла в том, что в значительной степени он шел в скрытой форме. Тем не менее к началу XX века около половины надельной земли скопилось в руках 2,1 млн. наиболее зажиточных хозяйств. Естественно, что этот процесс сопровождался обезземеливанием части дворов, входивших в сельскую общину.

Так, по официальным статданным на 1893 год, 7% крестьянских дворов было безземельными. Фактически же эта цифра была значительно выше, так как, по данным земской статистики, свои наделы полностью или частично сдавали в аренду от 5 до 30% крестьянских дворов.

Как и в конце XIX века крестьяне продолжали прибегать к аренде вненадельных земель. На 1901 год в аренду сдавалось 19% частно владельческих земель, прежде всего, помещичьих. Крестьяне арендовали землю не только у помещиков, но и у купцов, казны, монастырей. В общей сложности все виды арендованной земли составили к началу XX века примерно 20% от общей площади надельных земель.

Конечно, основными арендаторами выступали зажиточные крестьяне, которые могли себе позволить взять тот или иной участок на несколько лет. Беднейшие слои крестьянства арендовали землю по более высоким ценам, чем богатые, так как они, во-первых, брали небольшие участки, и, во-вторых, могли позволить себе лишь краткосрочную аренду, так как на длительную денег у них не было.

Таким образом, в вопросах землевладения в начале XX века наблюдалось сразу же несколько процессов. Во-первых, шло постепенное сокращение дворянского земельного клина при одновременной концентрации земли у крупных помещиков. Во-вторых, наряду с сохранением полуфеодальной помещичьей собственности, шел процесс формирования крупной буржуазной частной собственности на землю, который, однако, сдерживался рядом уже указанных причин. И, наконец, в-третьих, поскольку правительство не помышляло трогать дворянское землевладение, то формирование крупной буржуазной собственности сопровождалось быстрым обезземеливанием основной массы крестьянства.

Если к началу XX века в русской деревне насчитывалось 23 млн. фактически лишних людей, то к 1913 году их стало уже около 30 млн. и это при наличии огромных свободных земельных площадей на востоке страны. Это был крайне опасный процесс, однако правительство Николая II, несмотря на отдельные предложения проектов аграрных реформ, вплоть до 1905 года старалось не замечать данной проблемы.

Посмотрим теперь как обстояли дела с производством сельскохозяйственной продукции.

В середине 90-х годов XIX века после некоторого упадка, вызванного падением цен на хлеб на мировом рынке, начался подъем сельскохозяйственного производства в стране. Так, если средний сбор зерновых по Российской империи за 1864-1866 гг. составил 1900 млн. пудов, то за первые три года XX века (1900-1902 гг.) он вырос до 3561,5 млн. пудов или в 1,87 раз. При этом следует учитывать, что 1901, 1906 и 1911 гг. были неурожайные, когда валовой сбор хлеба резко снижался. Это наглядно подтверждается сравнением данных, например, по озимой ржи. Если в урожайном 1899 г. сбор ее с десятины в пудах составил 53,8 пуда, то в 1901 году – 43,2 пуда, а в 1906 г. – 37,1 пуда.

Общие данные о приросте валового сбора хлеба, расширении посевных площадей и средней урожайности за первые 6 лет XX века по 72 губерниям и областям России представлены в следующей таблице.

Таблица 1

Динамика валового сбора хлеба, посевных площадей и средний урожай по 72 губерниям

Годы

Валовой сбор, млн. пудов

Посевные площади, тыс. десятин

Средняя урожайность с десятины, пуд

1900

3496,7

78789

77,38

1901

3059,1

80073

38,2

1902

4128,7

80044

51,58

1903

3951,4

82121

48,12

1904

4418,3

83242

53,08

1905

3783,8

83779

45,16

Как видно из приведенной таблицы, средняя урожайность за эти годы составила 46,75 пуд. с десятины при разбросе между минимальной и максимальной урожайностью в 14,88 пуд. с десятины.

Если сравнить данные о среднегодовом урожае по другим странам в сопоставимых величинах, то мы увидим, что Россия значительно уступала таким странам как Германия, Англия и даже Франция. Так, накануне первой мировой войны среднегодовые урожаи (в центнерах с 1 га) составляли: в России – 8,5; США – 10,2; Канаде – 13,3; Австралии – 8,1; Франции – 13,3; Германия – 24,7. Все это объяснялось уровнем агротехники и климатическими условиями.

Таким образом, несмотря на определенные успехи в сельскохозяйственном производстве, а на долю России приходилось примерно 50% мирового сбора ржи, 20% пшеницы и 25% мирового хлебного экспорта, положение в этом секторе экономики вызывало определенную озабоченность. Особенно это было связано с такой проблемой как «оскуднение центра». Дело в том, что центральные губернии, где была высокая плотность населения, практически перестали быть губерниями, производящими товарную продукцию. Здесь преобладали середняцкие и бедняцкие хозяйства, которые просто не могли производить ее. Следствием этого был массовый голод в этих регионах в неурожайные годы.

Тем не менее хлебный экспорт России возрастал. Если в 1881-1885 гг. страна экспортировала в среднем 301 млн. пудов в год, то в 1900-1905 гг. – 609 млн. пудов в год. Доходы от хлебного экспорта были крайне важны для России, поскольку они были одним из основных источников накоплений и вкладывались в развитие различных отраслей промышленности.

Этот прирост обеспечивался в основном за счет южных и восточных районов страны, где успехи в деле развития товарного земледелия были более заметны. Росту товарного земледелия в этих районах империи способствовало железнодорожное строительство. Оно обеспечивало выход России на мировой рынок, позволяло русскому хлебу успешно конкурировать с дешевым зерном из Америки и Австралии.

Как же распределялось производство хлеба по категориям хозяйств? Статистика показывает, что помещичьи земли использовались крайне неэффективно. Их обрабатывалось в среднем около 10%. К этому можно добавить и слабую технологию.
Чтобы сравнить уровень развития помещичьего и крестьянского хозяйства рассмотрим данные таблицы, где даны некоторые хозяйственные показатели на 100 десятин посева по 34 европейским губерниям Европейской России на 1917 год.

Таблица 2

Хозяйства

Рабочий скот

Плуги

Наемные рабочие

Усовершенствованные орудия

Помещичьи

18

7

14

6

Крестьянские

35

13

1

4

Из таблицы видно, что насыщенность рабочим скотом и плугами было в помещичьих хозяйствах в 2 раза ниже, чем в крестьянских. Данные достаточно красноречивы. Отсюда совершенно ясно, что в производстве хлеба преобладало крестьянское производство. Крестьяне давали 88% валового сбора хлеба, помещики – 12%. Однако с производством товарного хлеба дело обстояло иначе: 78% поставляли крестьяне и 21,6% - помещики. Причем 50% товарного хлеба страны давали 15-20% наиболее зажиточных крестьянских хозяйств. Следовательно, на долю остальных 80-85% крестьянских хозяйств приходилось всего 28,4% товарного хлеба. Следует отметить, что даже такая низкая товарность бедняцких и середняцких хозяйств носила в значительной степени искусственный характер, так как часто продажа хлеба осуществлялась в ущерб собственному питанию. Причины этого крылись в крайне низком техническом оснащении как сельского хозяйства в целом, так и, прежде всего, середняцких и бедняцких хозяйств. Если в хозяйствах кулаков и части помещиков появились уже улучшенные орудия труда, начинались вноситься помимо органических и химические удобрения и т.д., то у середняков и бедняков картина была прямо противоположная. Во-первых, довольно быстро росло число безлошадных и однолошадных дворов. К 1901 г. оно составило 6,6 млн. из общего количества 11,1 млн. крестьянских дворов. Основным орудием труда по-прежнему оставалась соха. Сохи составляли 43% всех орудий пахоты и были основными для бедняков и середняков. Малое количество скота не позволяло вносить необходимое количество органики в почву, что вело к низкой урожайности. Список причин может быть продолжен.

Таким образом, становится ясно, что, несмотря на постоянное наращивание количества валового и товарного хлеба, положение дел в этой отрасли земледелия был крайне непростым.

Более быстрыми темпами развивалось производство картофеля, технических культур (хлопок, табак, лен и др.) и особенно сахарной свеклы. Значительных успехов достигло также и огородничество, ориентированное на рынок. В результате происходили значительные изменения в распределении труда. Снижалась доля труда, занятого производством зерновых и, наоборот, возрастала доля труда по производству технических культур. Более того, довольно четко обозначилась специализация отдельных районов. Так, районами торгового животноводства стали прибалтийские и западные губернии, северные, а также некоторые центральные (Рязанская, Тульская, Орловская, Нижегородская) губернии. На Правобережной Украине, в лесостепных губерниях развивалось свеклосеяние, на Черниговских – разведение конопли. На Северо-Западе выращивался лен. В Ярославской и Вологодской губерниях развивалось огородничество и молочное хозяйство. В Средней Азии – хлопководство. Список этих районов можно было бы продолжать и продолжать. Это вело к усилению обмена и развитию внутреннего сельскохозяйственного рынка.

Относительно медленно развивалось животноводство, продукция которого составляла всего 10% общей стоимости продукции сельского хозяйства. Неразвитость животноводства приводила к тому, что в первые десятилетия XX века потребление мяса на душу населения даже уменьшилось с 11,5 кг в 60-е годы XIX века до 10 кг в 1913 году. И это притом, что в целом темпы прироста сельскохозяйственной продукции обгоняли прирост населения на 0,5%.

Кроме того, недостаточная развитость скотоводства в России приводила еще и к тому, что в почву вносилось значительно меньше органических удобрений, чем в других странах. А ведь в европейских государствах в почву вносились еще и химические удобрения.

Все вышесказанное позволяло говорить о том, что положение дел в сельскохозяйственном секторе экономики было крайне неустойчивым. Несмотря на рост валовых сборов и увеличение доли товарной продукции, сельское хозяйство не только развивалось медленнее промышленности и фактически висело гирей у нее на ногах, но, и это на наш взгляд более существенно, процессы, которые наблюдались в нем, говорили о том, что эта отрасль экономики нуждалась в самых срочных и кардинальных реформах, которые бы открыли путь для свободного развития рыночных отношений в нем.

Бедственное положение большинства крестьянских хозяйств вело к росту крестьянских волнений. Если в 90-х гг. было отмечено 594 выступления, то в 1900-1904 гг. – 1205 выступлений. Наконец массовое участие крестьян в революции 1905-1907 гг., когда было зафиксировано почти 26 тыс. выступлений, в ходе которых было уничтожено около 4 тыс. помещичьих имений, - все это показало, что больше нельзя оттягивать решение аграрного вопроса.

Революционный кризис 1905-1907 гг. показал, что дальше тянуть нельзя. Известно, например, что в октябре 1905 г. широкий резонанс получило предложение профессора П.П. Мигулина немедленно начать отчуждение половины помещичьих земель в пользу крестьян. Более того, само правительство, напуганное размахом революции, было готово передать крестьянам 25 млн. десятин земли, в том числе и помещичьей. Соответствующий проект подготавливал Главноуправляющий землеустройством и земледелием Н.Н. Кутлер. Однако революция пошла на спад и правительство ограничилось указом от 3 ноября 1905 года об отмене выкупных платежей за надельные земли. Помещичья собственность осталась нетронутой.

В условиях отката революции из двух вариантов аграрной реформы правительство выбрало тот, который не затрагивал дворян. Столыпинская аграрная реформа предполагала решить земельную проблему, прежде всего, за счёт передела общинной или надельной земли. Столыпин хотел создать слой «справных хозяев» не за счет казны и помещиков, а за счет беднейших слоев крестьянства.

Слом общины и выделение из нее крестьян собственников предполагалось дополнить такими мерами как введение начального образования, государственного страхования крестьянских хозяйств, введение подоходного налога и т.д.

Итак, 27 августа 1906 г. был подписан указ о передаче Крестьянскому банку части государственных земель для продажи крестьянам. 5 октября – указ об отмене ограничений в правах крестьян при поступлении в учебные заведения и на государственную службу, отменялась круговая порука, подушная подать и т.д. Наконец, 9 ноября 1906 г. – указ о праве выхода крестьян из общины и закрепления надела в их личную собственность.

Если свести воедино все положения перечисленных законодательных актов, то основные мероприятия аграрной реформы можно свести к следующему.

Во-первых, наряду с общинной собственностью укрепляется частная крестьянская собственность на землю. Выход из общины становится не только свободным, но и поощряется государством, которое брало на себя все расходы по землеустроительным расходам, связанным с выходом из общины. В общей сложности из общины выделилось примерно 2 млн. крестьян (20% хозяйств). Правда, данные об этом весьма приблизительные из-за отсутствия